Покорители вертикалей

Из истории альпинизма

В Одессе есть все: море, памятники и шедевры архитектуры, пляжи, бульвары, площади... Словом все, кроме гор (Чумка и Жевахова не в счет). Но зато имеется одна из старейших альпинистских секций, созданная еще в 1936 году. Ее организовал Александр Владимирович Блещунов, человек-оригинал в высоком смысле этого слова, известный путешественник, меценат, ценитель и собиратель предметов быта и драгоценностей народов мира. Свои коллекции он демонстрировал всей Одессе, а в 1996 году их преобразовали в муниципальный музей его имени.

Блещунов — человек разносторонних интересов. Неудивительно, что он «нашел» себя в горах, став одним из пионеров альпинистского движения в СССР. Через одесскую секцию прошли тысячи спортсменов, воспитаны десятки тренеров, мастеров спорта. Сам Александр Владимирович совершил восхождения на многие вершины, а покоренные им один из пиков и перевал на Памире названы его славным именем.

Первый мастер спорта по альпинизму в Одессе Николай Дивари был достойным учеником Блещунова. Его основная деятельность — наука: профессор, доктор физико-математических наук, заведующий кафедрой математики ОПИ. Далеко не гладко начиналась его судьба: родился в семье священника, которого расстреляли в 1938 году. Мать растила двух сыновей в большой нужде. Был талантлив, но, несмотря на успехи в астрономии, ему длительное время не давали защитить диссертацию из-за репрессированного отца. Любил изобразительное искусство, играл на скрипке, пел, увлекался парусным спортом, горными лыжами. При всей незаурядности был прост в быту и жизни. Запоминалось, как он в шляпе и плаще приезжал в институт на велосипеде. А после звонка бежал в спортзал и играл со студентами в баскетбол. Все отпуска проводил в горах. Первое, что он просил у членов команды, собиравшейся на штурм вершины, не выделять его нигде и называть просто Колей. В группах было много его учеников, и он на равных был с ними в одной связке.

Значительный вклад в развитие альпинизма в Одессе принадлежит Виктору Яковлевичу Лившицу — первому чемпиону Украины и первому в Одессе Почетному мастеру спорта СССР. Зарубежная пресса называла Лившица третьим по значимости альпинистом в Советском Союзе.

У Лившица типичная военная биография миллионов его сверстников: тебе только 13 лет, но детству — стоп. Отец на фронте, ты — кормилец в семье. Потом завод, стаж 50 лет — от шлифовщика до заместителя главного инженера. В 1947-м «заразился» горами. Удивлен вопросом: не мешает ли увлечение горами работе? Ответ убедительный и исчерпывающий: «Человек — тот же аккумулятор: чтобы хорошо работал — нужна подзарядка». На вопрос, как сложилась «карьера» альпинистская, отвечает тоже анкетно: горный стаж — 45 лет, 20 первовосхождений и восхождений высшей категории в качестве тренера и руководителя, 10 раз — чемпион Украины, трижды — чемпион ДСО «Авангард», 8 раз возглавлял команды.

В 1950 году Лившиц, работая инструктором в лагере «Салют», впервые познакомился с одним из лидеров отечественного альпинизма Виталием Абалаковым, который тогда совершил сложнейшее первопрохождение на вершину Чанчахи-Хох. Виктор буквально «заболел» желанием повторить этот маршрут, но осуществить мечту удалось только через семь лет. К этому времени он успел совершить 3 восхождения 5-й категории сложности, в которых работал сначала на Бориса Британова, а затем на Изю Люцина.

В 1956 году Лившиц выполнил норматив мастера спорта СССР. Еще одно событие семейного плана произошло в том году. По настоянию жены он решил не поехать в горы и остался загорать на пляже. Это был испорченный отпуск: скучал по друзьям, тосковал, не находил себе места! Он не привык к такому отдыху, безделью. И жена поняла, что ее муж — человек «другого» пошива, его стихия — кипучая деятельность, горы в компании таких же увлеченных.

Итак, свершилась мечта Лившица — повторить маршрут Абалакова. В его группу вошли армеец Анатолий Спесивцев, Борис Кожевник из Питера и геолог Юрий Поляков. Вспомнили предупреждение Абалакова о возможном камнепаде на одном участке маршрута. Достали четыре геологические фибровые каски, и начался штурм строптивой горы. Сначала шли, даже чуть опережая график Абалакова. В середине маршрута начался камнепад. Внезапно Борис потерял равновесие, сорвался со скалы, повис на веревке вниз головой — и молчал. Друзья подтащили его к Анатолию, он очнулся и заговорил. Оказалось, что каска пробита камнем, и от удара он потерял сознание. Отдохнув, группа продолжила движение. Не доходя метров сорок до бивуачной площадки, Виктор остановился, чтобы поправить кошки, нелепо потерял равновесие и «порхнул» вниз. При этом два страховочных крюка были вырваны из скал. Толя не растерялся, забил два дополнительных крюка и подтянул к себе. В дальнейшем, слава Богу, обошлось без происшествий, и группа прошла маршрут. Пик Абалакова был покорен, и элитное восхождение закончилось благополучно.

Хотелось бы рассказать об альпинистской секции мастеров высокого класса, организованной Лившицем на заводе радиально-сверлильных станков — его родной «Радиалке». В секцию входили: слесарь Василий Бойко, конструкторы Валентина Коломейцева, Вадим Свириденко, Владимир Федченко, технологи Изя Люцин и Эдуард Вайсберг. В основе группы были творческие инженеры, которые создавали новые конструкции снаряжения: крючья, карабины, подъемные блоки, захваты, шлямбуры, ледорубы и др. Эти необходимые в горах инструменты применялись не только в украинских командах, но и в зарубежных. Заговорили о техническом направлении в альпинизме.

Преемственность поколений важна в любом деле, а особенно в альпинистском спорте. В 1964 году одесская команда помолодела за счет выпускников строительного института А. Иванова, Ю. Могилевского, А. Мозесона, В. Симоненко, В. Ярошенко. Из молодых сразу вошел в строй Валентин Симоненко.

В том же 1964 году одесской команде выпало новое испытание на прочность. Всей командой вышли на полный траверс, начали с восточного гребня Чатын-тау. После ночевки на траверсе Ушбы совершили роковую ошибку. Вместо того, чтобы при хорошей погоде и видимости взойти на вершину и начать спуск, пропустили вперед чешских альпинистов, потеряв время. Испортилась погода, и большой группой продвигаться было опасно. Решили идти вшестером, переночевали под вершиной и вышли утром в непогоду. Гроза, ураганный ветер, плохая видимость — шестерка альпинистов сбилась с пути. Результат — зависли на отвесной скале на обледенелой веревке. Стали искать «полочки», то есть выемки в скалах, чтобы укрыться от леденящего ветра. С трудом нашли две полочки, где спрятались по три человека (один на другом, привязавшись к забитым крючьям). Трое суток не двигались с места. На четвертые сутки открылось небо, показалось солнце. И тут они поняли, что попали в ловушку — внизу отвес в 200 метров. С неимоверными усилиями смельчаки добрались до угла и, страхуясь как можно надежнее, выпустили вперед опытного снеговика Володю Федченко. По его следам второй член команды добрался до крючьев и отпустил Володю дальше. Тут выяснилось, что на шестерых — одна банка шпрот и по шоколадке. Голодные и промокшие, они с трудом добрались до места, где должна быть заброска продуктов, но обнаружили, что и там пусто. Тут следует объяснить, что перед самым восхождением в определенных местах делаются такие «заброски», то есть неприкосновенный запас на всякий случай. Существует неписаный закон гор, по которому разорить или опустошить чужую заброску — неэтично. Во время трудных испытаний шестерых альпинистов оставшиеся в лагере не бездействовали: поисковые группы были сформированы и готовились к выступлениям по разным направлениям. Но все хорошо, что хорошо кончается.

Виктор Лившиц давно мечтал о покорении величайшей вершины мира Эвереста. По этому поводу один знакомый пародист даже посвятил ему строчки:

Одесский юмор и задор

После развала производства и любимой «Радиалки» Лившиц нашел приют в далекой стране. Мечта его не сбылась, но ее осуществил его воспитанник Мстислав Горбенко, который сегодня возглавляет сборную команду Украины по альпинизму.

Еще со времен Блещунова жила традиция: после каждого восхождения — обязательный разбор действий каждого из группы. Это было не очень приятным занятием, вызывало возражения, обиды. Недаром люди в шутку называли такие разборы «помойкой». Казалось, что тебя разбирают и промывают по косточкам. Но альпинисты понимали полезность и необходимость таких разборок и быстро «отходили». Тем более, что после разбора всегда можно было разрядиться. Ведь в основном в группе — одесситы. Это был своеобразный филиал Юморины. Самым удачным тамадой считался Дивари.

Обычно начинал Лившиц — с воспоминаний юных лет. Тогда с друзьями выходил гулять на центральную улицу. По-одесски это называлось «прошвырнуться» по Дерибасовской. Спортивные ребята (ростом Бог не обделил) нахально «пришвартовывались» к стайке таких же юных барышень, и совсем без труда Витя «откалывал» от компании одну из них и уводил для более тесного общения в Городской сад, подаренный одесситам еще Дерибасом, или в более укромный Луна-парк. Откровения Виктора находили ностальгический отклик у друзей, воскресив воспоминания о молодых годах.

Вторым на очереди был Свириденко, который рассказывал о рыбалке на Хаджибейском лимане. Не успел забросить удочки, как поплавок пошел ко дну. Еле справился и вытащил огромного бычка весом где-то с килограмм. Тут харьковчанин Спесивцев не выдерживал, мол, такого не бывает. Все на него зашикали: «Не мешай, пусть говорит». Вадим продолжал в том же духе: жадный бычок так глубоко заглотал наживку, что пришлось вспарывать ему брюхо, чтобы освободить крючок. Но самое главное, когда бычка поджарили, ему досталась большая голова с огромными щеками, наелся до отвала.

Все долго хохотали, а тамада, держась за живот, оттопырил большой палец. Только неясно, кому была направлена похвала: то ли бычку-чемпиону, то ли рыбаку-фантазеру.

Эдик Вайсберг «ввернул» к месту пару еврейских анекдотов. Его хохмы встретили веселое одобрение. Тут, так сказать, в развитие темы Валя Симоненко артистично прочитал рассказ Бабеля. Он удачно расставлял акценты. Ведь молодость бывшего мэра Одессы и видного украинского политика прошла на улице Хуторской, воспитала его мама-труженица и Молдаванка.

Если чуть раньше на разборе строго осуждались промахи и неудачи при восхождениях, то теперь можно было позволить себе комично изобразить совсем не комичные, а подчас трагичные ситуации, в которые иногда попадали спортсмены.

Так, армеец Толя Спесивцев решил не отставать от «юморных» одесситов и рассказал, как на его глазах Виктор Лившиц сорвался, ударился о скалу и повис на страховочной веревке. Теперь он позволил себе

сострить по этому случаю, объяснив, что Витя так любит горы, что решил с ними расцеловаться. Еще он комично изобразил, как Лившиц сосиской повис на веревке. Было смешно, особенно после того, как сам Витя не только не обиделся, но и уточнил, что самое трагическое было позже, когда хорошо проголодавшемуся после восхождения (голод — не тетка!) пришлось есть горячую картошку беззубым ртом.

Высказались все: кто острил, вспоминая смешные истории, случившиеся в горах, кто просто «дурачился», вспоминая детство. Важно, что люди «разряжались» после напряжения в горах. Вся компания была настроена на здоровый смех, на юмор, самоиронию. Итоги этой мини-юморины подводил тамада Коля Дивари, который, как и подобает профессору, выставлял оценки. Пятерку получил рыбак-фантазер Вадим Свириденко, а Бабель в блистательном исполнении Вали Симоненко был только вторым. Утешительный приз под девизом «Смех сквозь слезы» был присужден Вите Лившицу.

Нужно отметить, что частенько в гости к альпинистам приезжал поэт, певец и тоже альпинист Юрий Визбор, наведывались знаменитые барды Сергей Никитин и Виктор Берковский. Хочется рассказать об интересном эпизоде. Весной 1966 года в расположение лагеря одесской команды пришел кинооператор Алик Осипов, чтобы одолжить альпинистское снаряжение. Они с режиссером Станиславом Говорухиным снимали фильм «Вертикаль». В фильме в одной из песен Высоцкого пелось: «Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал». Впечатляли и съемки гор. Команда в составе Лившица, Мащенко, Субартовича, Вайсберга имела отношение к этим съемкам. Тогда команда планировала первовосхождение на пик Чатын-тау по северной стене треугольника. Как раз здесь и снимали фильм. На леднике киношники оборудовали свой лагерь и вертолетную площадку. Безопасность обеспечивали инструкторы-альпинисты. Воспользовавшись этим, команда прибыла на ледник и начала восхождение. Маршрут оценивался как самый сложный. Но уже на третий день ребята вернулись в лагерь, где их встретили киношники с огромной миской салата из помидоров и огурцов.

Следующий, 1967 год был особенно насыщенным. Секция альпинистов Одессы организовала экспедицию на юго-западном Памире (на границе с Афганистаном). Работали на Симоненко и Шатилова. Рано утром в сопровождении навьюченных ишаков и яков одесская команда вышла к леднику. Перед ними открывалась величественная панорама Памира. Впереди — восточная стена пика Энгельса (6510 метров). За ним — пик Маркса (6726 метров), слева — величавая стена пика Таджикистана (6595 метров), справа — вершина Чюрленис и Даниляйтис. Основной объект экспедиции — восхождение на пик Энгельса

6-й категории трудности. Здесь и оборудовали лагерь, откуда начались тренировочные выходы. Неподалеку была расположена богатая, хорошо оснащенная донецкая экспедиция, в составе которой был даже освобожденный повар. Донецкие друзья часто гостили в одесском лагере, а одесситы — в донецком. Свой повар — это немалое преимущество, а его блины — пальчики оближешь...

Основательно подготовившись, сделав с помощью ишаков, одолженных у местного пастуха Бабая, необходимые заброски провиантов, приступили к восхождению на пик Энгельса. Награда за это — 1-е место в чемпионате Украины по классу высотно-технических достижений. Но этим одесситы не довольствовались, считая, что дело чести — покорить, то есть провести первовосхождение на пока безымянную высоту — 6007 метров. В составе команды: Вайсберг, Лившиц, Свириденко, Федченко и капитан Симоненко, к тому времени уже мастер спорта. Инициатором покорения пика был именно он, впоследствии президент Федерации альпинизма, руководитель первой украинской экспедиции на Эверест.

На вершине пика Бабеля соорудили два тура; в один из них на самой вершине вложили памятную записку и целлофановый пакет с книгой И. Бабеля и запиской к последующим восходителям: «Просим не снимать книгу с вершины. Это наша дань великому писателю». Записка в главном туре гласила: «Команда одесситов совершила первовосхождение на безымянную вершину, которую мы назвали Пик Бабеля, 6007 метров».

Нанести новую вершину на географическую карту оказалось сложнее, чем открыть ее и проложить маршрут. Пришлось Валентину Симоненко преодолеть препоны государственных и географических учреждений, но и это ему удалось. Сегодня нет на карте пиков Энгельса и Маркса, а пик Бабеля остался!

От автора: выражаю благодарность за предоставленные бесценные материалы, которые легли в основу этого очерка, Виктору Яковлевичу Лившицу, а также Одесскому альпклубу (директор Мстислав Мстиславович Горбенко).

Ефим ПОСТОЛОВСКИЙ.