|
|
   |
«Общеколлективная жалоба» — так называлось письмо. Правда, при прочтении выяснилось, что написал его один человек от имени четырех своих коллег.
«Помогите, нам, пожалуйста, разобраться в сложившейся ситуации. Мы работали на заводе детского питания, что находится в переулке Высоком, 22. Работали по 12 часов. Отработали новогодние праздники в режиме «один за двоих», потому что половина рабочих не вышла на работу. И сразу после рождественских праздников нас решили уволить, обвинили в том, что в ночное время спали в душевой. Заведующая цехом Яременко в ночную смену остановила процесс и назвала фамилии Подгорная, Трофим, Дутка, Киряк на увольнение и велела убираться с завода. На следующий день мы пришли увольняться, спросили причину увольнения. Услышали ответ: «Нам такие работники не нужны». Значит, с апреля нужны были, а теперь — нет? На заводе творится полнейший беспредел: дали нам кредитные карточки, «кошики» так называемые. Мы взяли эти кредиты, увольняли нас три дня, никак не могли рассчитать, удержали с нас «кошики» и никак не перевели. Мы начали скандал, и только после этого перевели. Далее, с Дутки в ноябре-декабре удержали семьсот гривень, и где эти деньги? Рабочая смена длится 12 часов а рабочие часы не дописываются, у мастера ничего нельзя узнать. Она собрала четверку своих людей, которые сидят и выжидают время до 20 часов и «съедают» нормальных людей... Уж не говоря о том, что в цеху антисанитария, ползают прусаки, дезрастворов не хватает, условия отвратительные. Мы сказали, что будем жаловаться, а мастер говорит: «Жалуйтесь». В отделе кадров завода поставили условие, сдать рабочие карточки, иначе, мол, не отдадим трудовые книжки. Мы их сдали, хоть это личные наши карточки! А ведь у нас кредиты. Имели ли они право? Просим вас разобраться в сложившейся ситуации.
Раиса Михайловна ТРОФИМ».
КАК ОКАЗАЛОСЬ, на заводе детского питания вся эта ситуация свежа в памяти сотрудников. Помнят и первые шаги автора письма на работе.
— Раиса Трофим пришла сначала в мой цех, — рассказывает мастер цеха стеклобутылки Тамара Владимировна Кинишенко. — Претензий по работе у меня к ней не было, но вот обратила внимание, что женщина боится механизмов и очень нервная. А еще удивило, что у нее не появилось друзей в цеху. Обычно женщины как-то ладят между собой, общаются. Потом она ушла в другой цех, и уж там все произошло...
В цехе детского питания довелось пообщаться с работницами. Те, понятное дело, действия начальства не обсуждают, а говорили о том, что наболело:
— Понимаете, у нас так принято, что друг другу помогаем. А Рая даже будет видеть, что мы не успеваем, — и никогда не подойдет, не поможет. И девчонок нескольких настропалила, мол, брать веник в руки — не наше дело. Мы сами следим за санитарным состоянием, и моем, и убираем... А как можно говорить о санитарном состоянии, если сама отказывалась убрать?.. Были у нас и собрания по этому поводу...
Повод для проведения собрания был не только тот, что несколько работниц не выполняют указания начальства цеха или отказываются участвовать в наведении порядка на рабочем месте.
Из докладной мастера цеха детского питания И.С. Верещаги от 27 декабря прошлого года: «Довожу до вашего сведения, что рабочие Трофим Р., Подгорная М. систематически нарушали трудовую дисциплину. Трофим Р. постоянно провоцировала конфликты в коллективе. Трофим Р. без моего ведома устроила день рождения со спиртными напитками. Я тут же разогнала всех, как только это увидела. Подгорная М. пыталась уловить удобный момент, чтобы поспать где-нибудь в углу, откуда я ее постоянно выгоняла. Эти же люди пытались остановить розлив под предлогом того, что им не дадут аванс... В связи с вышеизложенным, прошу принять меры к Трофим, Подгорной...»
Эта докладная и стала поводом для собрания в цехе. Но, как видно, ее герои не сделали для себя никаких выводов:
— В ночь с 8 на 9 января мы закончили розлив сока в половине первого, — сообщила мастер цеха Татьяна Логинова. — После уборки рабочих мест и мойки производственной линии работники с участка розлива были направлены на участок оформления готовой продукции. Но группа рабочих, проигнорировав мои указания, ушла из цеха. Они решили отдохнуть в душевом отделении, закрывшись с внутренней стороны. Когда вернулись в цех, на мой вопрос: «Где вы были?», — ответили громким смехом. В шесть утра им было предложено уйти с завода, в связи с тем, что сами они себя освободили гораздо раньше... Но группа работников — Дутка, Подгорная, Сокур, Трофим — просто просидела в цехе до 7 часов 45 минут утра, ничего не делая...
— У нас не такие уж сложные обязанности, потому что процесс автоматизирован, — говорит заведующая производством детского питания Елена Михайловна Яременко.— Но требования к дисциплине жесткие, потому как делаем продукты для детей. И хороших работников ценят здесь, и их, как и везде, не хватает.
Спустя месяц после ухода работников, на стене цеха появился приказ № 21 от 12 февраля 2007 года. В приказе названы фамилии грузчиков, уволенных за нарушение трудовой дисциплины и появление на работе в нетрезвом виде...
— Мы уже не ведем душеспасительные беседы,— сказала Елена Яременко. — Если работник ведет себя неподобающе, расстаемся.
Председатель правления ОАО «Одесский консервный завод детского питания» Виктор Григорьевич Станиславский:
— Нарекания на работу этих людей были. И мы предоставили им выбор: уйти «по собственному желанию» или быть уволенными с записями в трудовых книжках — за нарушение трудовой дисциплины и распитие алкогольных напитков в цехе. И они уволились «по собственному желанию». Мне, откровенно говоря, даже непонятна цель их письма в газету...
Действительно, в отделе кадров завода мне предоставили копии заявлений работниц, из которых следует, что они... ушли по собственному желанию. Председатель профкома завода Ольга Ивановна Шемешко рассказала, что в профком с заявлением никто из них не обращался, ни комиссии по трудовым спорам, ни коллективу не довелось участвовать в споре между работниками и администрацией.
— У нас с ними было только одно недоразумение — из-за карточек, — припомнил Виктор Григорьевич, — Мы обслуживаемся в «Укрсоцбанке», и, помимо зар"плат, наши люди имеют карточку «Кошик» — могут взять потребительские кредиты под минимальные проценты — под гарантию завода. Но как только работник увольняется, банк требует либо погасить кредит, либо предоставить гарантии другого лица. Естественно, с их увольнением закончились и наши гарантии.
Алла КОЛЕСНИК.