|
|
   |
В редакцию пришло письмо-уточнение в ответ на заметку «Да поднимите же голову!..» (22 февраля с. г.). Вот что пишет Игорь Николаевич ПАНЧУК:
«На углу улиц Пушкинской и Греческой находится не афишная тумба, как было сказано в статье, а ЕДИНСТВЕННЫЙ В ГОРОДЕ ДЕЙСТВУЮЩИЙ РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬНЫЙ ЭЛЕКТРОЩИТ, построенный Бельгийским акционерным обществом при электрификации Одессы. До этого освещение было газовым, от газгольдера в Газовом переулке на Пересыпи.
Основание распределительного щита на Греческой — вращательное; дверь открывается перед каждым из имеющихся четырех мраморных щитов с рубильниками, предохранителями и прочими приборами.
Обклеили щит афишами, изрисовали граффити — вот и не удивительно, что принимают его за афишную тумбу. А ведь вы правы в том, что «тумба» — великолепная! Дайте, пожалуйста, в газете фото.
Настоящая рекламная тумба сохранилась на углу улиц Тираспольской — Кузнечной, напротив аптеки. Эта тумба, как и электрощит на Греческой, выстояла оккупацию 1941 — 1944 годов, пережила ликвидацию бельгийских трамвайных станций, которые сохранились еще по 18-му трамвайному маршруту и на Хаджибей"ском направлении».
...ПОБЛАГОДАРИВ Игоря Николаевича по телефону за письмо, я полюбопытствовала: «Вы — краевед?», «Вовсе нет, — за"смеялся он, — но я связист с 47-летним стажем, работал на городской телефонной станции (теперь — «Укртелеком»), в каких только учреждениях не бывал по службе!».
Коль скоро «тумба» на Греческой имеет такую интересную функцию («Там внутри все цело! — говорит И. Н. Панчук. — Бельгийский кабель под землей до сих пор годен к службе»), то получается — ей и вовсе цены нет. Снести — это, действительно, было бы преступлением перед Одессой: ведь старинный распределительный щит времен «родины электричества» — бесценный памятник материальной культуры, техническая памятка.
Игорь Николаевич рассказал, что такой круглый «домик» для электрощита в городе один. Есть другие старинные «киоски» с распределительными щитами внутри — прямо"угольные в сечении. Причем навершие в виде зубчатой короны, как у тумбы на Греческой, типично для этих бельгийских «киосков», а сооружены они из бетона. Например, на углу Градоначальницкой и Старопортофранков"ской, на углу Троицкой и Преображенской, Болгарской и Запорожской. Игорь Николаевич родился в 1936 году — и, сколько себя помнит, все эти «электрические тумбы» стояли, и сегодня, утверждает он, их «начинка» вполне пригодна к эксплуатации.
Что до афишной тумбы на углу Кузнечной — Тираспольской, то, как припоминает И. Н. Панчук, она железобетонная, и навершие имела интересное, в виде острия с набалдашником германской военной каски начала ХХ века. Мальчишкой часто видел Игорь Николаевич, как с тумбы снимали слой старых афиш — подрезая, будто на пресс-папье...
«А ЧТО ТАКОЕ ГАЗГОЛЬДЕР?» — спросила я. И вот что услышала. В конце XIX — начале ХХ века в Одессе были газифицированы только дорогие, элитные дома. Был в городе газопровод, цел и по сей день, но схоронен в земле бездействующим (впрочем, используют ли его, про это лучше знает «Одессагаз»). К примеру, на ул. Ришельевской, 26, где типография «Моряк», был газифицированный дом: этот домовый комплекс принадлежал во времена оны владельцу пробочно-линолеумного завода на Пересыпи, впоследствии названного «Большевик». Справа от кованых ворот на Ришельевской, 26, в одноэтажном помещении был магазин заводчика, и на мостовой лежала широкая полоса линолеума — эдакий «испытательный полигон». Линолеум производили из пробковой крошки: смалывали остаточное сырье, делали замес на специальном составе и на машинах раскатывали в лист, да еще и с рисунком. Очень пожароопасное было производство.
Вот при этом доме и освещение было газовое. А еще на углу улицы Пастера и Валиховского переула, с угла детской больницы, говорит Игорь Николаевич, сохранился кронштейн газового фонаря с трубкой и остатками газового крана.
Так вот, газ поступал из газгольдера. На Пересыпи, в районе радиорынка и улицы Одария, где «Одессагаз», стояла колоссальная башня диаметром эдак метров в 50, из клепаного металла, выкрашенная. Внутри нее была вставлена другая: вроде как стаканчик, вставленный вверх дном в другой, больший. Эта внутренняя подвижная часть — «стаканчик» — была заполнена газом, а промежуток между стенами двух башен был наполнен водой. Плавающая внутренняя башня поднималась по мере накопления газа и опускалась по мере расхода; а при избыточном давлении газ уходил в воду. Эта конструкция, говорит Игорь Николаевич, несколько напоминала устройство наших устаревших сварочных аппаратов — ацетиленовых генераторов. Это и был газгольдер.
Там ведь не зря есть и Газовый переулок, и железнодорожная станция «Газовый парк». Потому что напротив башни-газгольдера находился Одесский газовый завод, на котором «делали газ». Природный газ получали специальной обработкой коксующегося угля. Это было энергоемкое и очень дорогостоящее производство.
Когда Одессу газифицировали, газгольдер оказался не у дел. Демонтировали его, как помнится Игорю Николаевичу, лет десять назад: порезали и сдали в металлолом. Но в Одесском областном архиве, как и на предприятии «Одессагаз», уверен
И. Н. Панчук, непременно должны сохраняться сведения и фотофиксации...
СКОЛЬКО ЖЕ ЕЩЕ осталось в городе неприметных примет исторической Одессы, на демонтаж которых (ну, хотя бы самых характерных) следовало бы наложить запрет? А то ведь хватятся, к примеру, киношники (ведь будет же, в конце концов, в Украине свое кино?!) — и что увидят из «восемнадцатого года» либо «девятнадцатого века»: бигборды водочной продукции «зари капитализма компьютерной эпохи»?..
Валентина ЛЕВЧУК.