|
|
   |
8 августа состоялся областной семинар-совещание по социально-правовой защите детей, в котором приняли участие начальники служб по делам несовершеннолетних и директора центров социальных служб для семьи, детей и молодежи.
ОТМЕЧАЛОСЬ, что СДН вместе с другими структурами, занимающимися детскими проблемами, только за первое полугодие провели в области около 1100 профилактических рейдов («Вокзал», «Улица», «Подросток», «Лето»...). Почти столько же выявлено в этих рейдах и беспризорных детей.
Для временного пребывания «проблемных» несовершеннолетних действуют в области 13 государственных приютов на 450 мест, а в Белгород-Днестровском, Тарутинском районах и в г. Измаиле открыты центры социально-психологической реабилитации детей (в приютах несовершеннолетние могут находиться только три месяца, а в таких центрах — от года и больше). Статистика говорит о том, что количество беспризорников снизилось: если в 2002 году через приюты прошло 3,5 тысячи детей, то в 2004—2005 годах — около 2000.
Особое внимание на семинаре уделили проблемам сиротства (социального, в основном). Совместным приказом министерств семьи, молодежи и спорта и образования и науки в марте этого года вопросы усыновления детей, опеки и попечительства переданы в одни руки — службам по делам несовершеннолетних. Сейчас происходит реформирование государственной системы опеки над детьми, замена интернатных форм воспитания на семейные: создаются детские дома семейного типа, приемные семьи. В Одесской области существуют 9 ДДСТ (в них воспитываются 72 ребенка) и 32 приемные семьи (56 детей). Однако этого мало. Ищут людей, которые могли бы стать сиротам родителями.
Найти их непросто. Недавно я спросила директора интерната № 4 Л. А. Швыреву, сколько детей усыновили украинские граждане за те пять лет, что она возглавляет заведение. «Двоих, — был ответ, — одного вернули назад...».
В июле этого года 18 кандидатов на родителей-воспитателей детского дома семейного типа прошли подготовку в областном центре социальных служб для семьи, детей и молодежи. 14 из них выдержали испытание и попали в банк данных как потенциальные воспитатели.
ПОСЛЕ СЕМИНАРА я зашла к начальнику областной СДН В. П. КУДИМОВОЙ. Она как раз выясняла по телефону вопрос «по теме»: в Суворовском районе в семье умер сначала отец, а теперь и мать. Остался мальчик, которому в ноябре исполнится 18 лет, и девочка семи лет. «Может, не стоит оформлять девочку в интернат? — спрашивала Валентина Павловна. — Три месяца она поживет в приюте, а потом брат будет вправе оформить на сестричку опекунство. Жилье у детей есть. Можно закрепить работника за семьей. Девочка-то домашняя, не хочется ее в казенные условия определять...».
— Вы против интернатов? — спросила я Валентину Павловну.
— Нет! Я против больших интернатов. Зашла недавно в приют «Свiтанок», а девочка из Тузловского интерната спряталась, увидев чужого человека: испугалась, что за ней приехали, отвезут «домой». Без интернатов нам сейчас никак не обойтись, но тот же Тузловский — 300 человек... Дети в интернатных заведениях живут, как за стеклянной стеной — они не познают жизнь во всех ее мелочах, а потом на этих мелочах делают крупные ошибки.
— Какой же выход вы видите?
— В западных областях Украины появились детские дома под названием «сиротинцi». Название, честно говоря, мне не нравится — не надо сразу клеймо ставить. А суть подходит: большой дом, хорошие условия, воспитатели. Но тут живут дети от нуля, что называется, до совершеннолетия. Их не переводят в дом ребенка, в детский дом, в школу-интернат. Они ходят в обычную школу и возвращаются вечером домой. Старшие ухаживают за младшими, как и бывает в большой семье. Семья, конечно, великовата — 20—30 детей, но это не 200—300, как в нынешних интернатах. Вместо наших пяти огромных сиротских интернатов я бы в каждом районе открыла по маленькому. И районные власти не теряли бы из виду своих ребятишек.
— А не лучше делать упор на дома семейного типа, приемных родителей?
— Лучше. Хотя бы тем, что тут воспитываются до десяти детей. Только что побывала в Арцизском, Тарутинском, Татарбунарском, Саратском районах. Разговаривала с главами райадминистраций, председателями сельсоветов, участковыми, директорами школ... Нам нужны детские дома семейного типа! Но главная сложность в том, что не могут найти людей. Желающие вроде и есть, но ведь нужно поручиться за человека, что не из-за корысти берет он детей на воспитание, что он любит детей и умеет их воспитывать... Однако я верю, что до конца этого года в каждом районе области «родится» хотя бы один семейный детский дом или приемная семья.
Я НЕ ТАКОЙ ОПТИМИСТ, как Валентина Павловна. На примере семьи Галины Мартыновой убедилась, как сложно работать с нашими чиновниками. У Галины новая проблема появилась. Маму Насти из Ананьевского района месяца два назад через суд лишили, наконец, родительских прав. С Насти и должен был начаться семейный детский дом Мартыновых. А выяснилось, что в свидетельстве у девочки записан еще отец (судья этого, видимо, не заметил). На самом деле он отец младшей Настиной сестры. Но когда свидетельство о рождении выправляли, вписали его. Так что теперь и отца надо лишать родительских прав. А его несколько лет никто не видел — исчез. Где искать? Опять волокита. Похоже, пока Мартыновы дом получат, дети до совершеннолетия дойдут.
А идея семейного воспитания — хорошая. И слова в заключение звучали на семинаре правильные: «Результаты работы по развитию семейных форм воспитания зависят от тесного сотрудничества соответствующих структур и активизации деятельности на местах».
Татьяна НЕПОМНЯЩАЯ.