|
|
   |
Во вторник, 18 июля, в Одессе, впервые в Украине, должен был состояться суд по факту жестокого обращения с животными.
Однако суд не состоялся. Из-за болезни адвоката. Обвиняемый Олег М. на вопрос прокурора, считает ли он возможным ведение суда без адвоката, ответил: «Нет». С учетом сложившихся обстоятельств судом объявлен перерыв до 31 июля.
Обвиняемых двое: 35-летний работник «Одескоммунтранса» Олег М. и его 50-летняя теща Людмила К. Им предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 299 ч. 1 и 296 ч. 2 Уголовного кодекса Украины. Смущает, однако, что, как явствует из обвинительного заключения, в ст. 299 ч. 1 «по квалифицирующим признакам» значится: «издевательство над животными, относящимися к позвоночным, совершенное с применением жестоких методов, из хулиганских побуждений» (выделено мной — М. С.), а в ст. 296 ч. 2 — «хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка из мотивов явного неуважения к обществу, которое сопровождалось особой дерзостью и исключительным цинизмом, совершенное группой лиц».
Только ли хулиганские побуждения руководили этими людьми? Судите сами.
Члены Одесского союза защиты животных еще в октябре 2005 г. пытались привлечь внимание общественности к факту, обнародованному позже. 11 ноября в Хаджибейском отделе Суворовского райотдела милиции раздался звонок: сообщали, что на ул. 2-й Лиманчик, 3-я линия, дом № 8, слышны крики, шум. То, что увидели прибывшие туда милиционеры, даже их, повидавших всякое, потрясло. Две собаки еще были живы, но задыхались в сарае в полимерных мешках, один из которых был завязан веревкой, другой — мягкой проволокой. Третье несчастное животное уже было разделано.
По рассказу заместителя начальника этого отдела капитана милиции С. Н. Иващенко, у животных были связаны лапы и пасти, тут же были обнаружены орудия убийства — биты, а также кастрюли, в которых топили жир. Там же были щипцы, петля в крови, что подтвердила и член совета Союза защиты животных И. Н. Момот. Жир продавали, а мясо мать сожительницы Олега, «зная о природе его приобретения, употребляла в пищу».
Из «обвинительного заключения», составленного 25 мая 2006 г.: «...обвиняемая... показала, что действительно в период времени с 2004 г. по ноябрь 2005 г. ее зять... по роду своей официальной работы — он работает в «Одескоммунтрансе», занимается отловом бродячих собак, — привозил по месту нашего жительства бродячих животных в мешках. Мешки с собаками хранились в сарае, иногда... уводил собак, иногда отдавал неизвестным лицам...».
Напрашивается вывод, что этот подпольный цех в Одессе не единичен.
И. Н. Момот, дежурящая на «горячей линии» Союза защиты животных, рассказывает, что почти ежедневно поступают звонки о пропавших бесследно собаках — не только бродячих, в том числе и стерилизованных в приюте на 6-м километре, но и домашних. Следы их невозможно обнаружить ни в приюте (работники «Одескоммунтранса», по-видимому, их просто туда не доставляют, хотя обязаны это делать), ни в самой пресловутой «будке», как именуют одесситы это коммунальное предприятие. Правда, некоторым животным везло — их успевали у работников «будки» выкупить.
Формально «будка» была закрыта — по настоянию общественности, из-за жестокого обращения с животными, из-за зверских методов лишения жизни четвероногих мучеников. Но, по сути, утильцех «переквалифицировался»: став составной частью КП «Одескоммунтранс», он должен отлавливать бродячих собак и доставлять их в немецкий приют на стерилизацию. Подлеченные и вакцинированные, они вновь должны быть вывезены в места прежнего обитания. Кадры в «будке», как и орудия лова («рыбацкие сети, нашитые на велосипедный обруч, и деревянные палки длиной 1—2 м»), остались те же. Животные, которых все-таки доставляют в приют, как показала И. Н. Момот, поступают со многими увечьями — поломанными лапами, челюстями, выбитыми глазами...
Сложившаяся годами жестокая система отлова собак все еще остается позорным клеймом на нашем городе!
ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛИ «будка» прекратила свою деятельность в том, прежнем, стиле? Группа журналистов в день объявленного судом перерыва отправилась на ул. Наливную, 11. Как нетрудно было предугадать, на территорию «будки» нас не пустили. Некий работник с каменным выражением лица заявил: «Только с разрешения начальника «Одескоммунтранса». Телефонные переговоры с А. Б. Хмелевским, возглавляющим это КП, прекратил он сам, успев, однако, огласить «резолюцию»: «Только по согласованию с УЖКХ».
Думается, к этому эпизоду комментарии вряд ли требуются. Журналисты сошлись в одном: коль не пускают — значит есть что скрывать.
ПОНЕСУТ ЛИ НАКАЗАНИЕ обвиняемые? И какое именно? Решит суд. Может, наконец-то, будут отомщены хоть в какой-то мере те, корчившиеся в муках наши четвероногие друзья, которых травили, к примеру, в Малиновском районе и на Одесской киностудии, живыми четвертовали на ул. Успенской, расстреливали в Черноморском...
Листок с «Молитвой за зверей» приладила на закрытой наглухо калитке, ведущей во двор «будки», член совета Одесского союза защиты животных Татьяна Глоговска. «Господи! Мы молим за всех наших друзей-зверей, особенно за тех, кто страдает...». Тронут ли эти слова очерствевшие души?
— В том, что сложилась такая ситуация с бродячими собаками, с обилием их на наших улицах, с их ожесточением, виноваты тоже мы, люди, и жестокость по отношению к ним — не выход, — говорит Татьяна.
— Калечить, жестоко убивать их могут только люди, не перешагнувшие порог своего звериного начала, — заключила И. Н. Момот и сообщила, что в милиции лежат еще пять дел о фактах жестокого обращения с животными.
Мария СТЕРНЕНКО.