|
|
   |
Накануне Рождества в редакцию пришло письмо от нашей постоянной читательницы, одесситки Веры Телиженко. Адресовано оно было газете и митрополиту Одесскому и Измаильскому Агафангелу. Автор письма просила — если есть такая возможность — ее обращение опубликовать, так как очень много верующих людей в праздник Рождества наверняка поедут в село Кулевча Саратского района, дабы отстоять службу в Свято-Николаевском храме. Свое письмо читательница газеты начала со случая, который произошел с ней три года назад.
«...Одним летним днем я работала на даче. Вдруг неожиданно на меня бросилась соседская овчарка. Пытаясь от нее убежать, споткнулась и упала, повредив при падении руку. Пришлось срочно возвращаться домой. Всю ночь не спала от сильной ноющей боли, а утром пошла в травмпункт, где мне сказали, глядя на снимок, что у меня поломана рука в двух местах, и нужно срочно наложить гипс. При этом предупредили, что травма очень серьезная и что в пожилом возрасте лечение заканчивается операцией, необходимой для того, чтобы правильно совместить поломанные кости.
Через неделю после этого ко мне из Киева приехали знакомые, которые сказали, что собираются поехать на службу в Свято-Николаевский храм, который находится в селе Кулевча, и хотят взять меня с собой. О храме в Кулевче они узнали от друзей, живущих во Львове.
Дорога, хоть и на машине, была долгой, у меня сильно разболелась голова, стала ныть поясница, появились перебои в ритме сердца, а самое главное, очень сильно болела рука под гипсом. Ехала и думала: «Боже мой, как я в таком состоянии выстою трехчасовую службу?».
Помещение храма было до отказа заполнено прихожанами. Моя знакомая предложила войти в него через боковую дверь, так как оттуда ближе был алтарь и чудотворные иконы, и нам не придется пробираться через плотную толпу молящихся. Так и сделали. Когда я переступила порог боковой двери, то сразу оказалась под большим куполом, рядом с иконостасом. Остановилась, чтобы решить, где лучше примоститься с поломанной рукой.
И тут я вдруг почувствовала, как легкая волна опустилась мне на голову, и, медленно пройдя сквозь меня, исчезла в ногах. Это было непередаваемое ощущение, которое не только оставило легкость во всем теле, но за одно мгновение уничтожило болезненные симптомы. А главное, в сердце и душе моей появилось блаженное состояние, которое не покидало меня до конца трехчасовой службы, прошедшей, как одно мгновение.
По дороге домой я долго пыталась понять, что это со мной было, куда исчезла боль в руке и во всем теле...
Всю следующую ночь не могла сомкнуть глаз: сильно мешал гипс, мне неудержимо хотелось от него избавиться. Наконец, не выдержав, рано утром пошла в травмпункт, где стала слезно умолять доктора снять гипс. Травматолог сначала удивился такой просьбе, затем стал ругаться, чтобы я не мешала ему работать, объясняя, что гипс, учитывая мой возраст, надо носить, как минимум, месяц.
Но я не уходила, просила выполнить мою просьбу. Врач не выдержал и отправил меня сделать, на всякий случай, ренгтгеновский снимок. Когда я принесла снимок, травматолог долго его рассматривал, потом посмотрел на меня и вдруг спросил: а какую руку мне просвечивали рентгеном? Удивившись такому вопросу, ответила, что хотя я и старая, но еще с ума не сошла и не следует обижать меня таким подозрением.
Врач подумал, а потом стремительно вышел из кабинета. Вскоре вернулся озадаченный, сказав, что рентгенолог подтвердил, что снимал руку в гипсе.
— Но я не вижу никаких переломов... Что вы на этой неделе делали с рукой?
— Ничего, — растерянно ответила я. — Ой, подождите... Я вчера ездила в храм, в Кулевчу.
Теперь мне стало понятным, что это была за теплая волна, которая окутала меня в храме с головы до пят.
С тех пор мне постоянно хочется поехать еще раз в Кулевчу. Но когда вспоминаю, как тесно было в Свято-Николаевском храме, и как тяжело в таких условиях выстоять службу, особенно старым, больным и немощным, мне становится очень грустно. А ведь многим прихожанам, которые приезжают в Кулевчу из самых разных уголков Украины, приходится часами стоять у храма, надеясь зайти и поклониться святым иконам.
Так может, есть смысл что-то сделать, дабы улучшить условия для поклонения Господу, для вознесения к нему молитвы об исцелении или просьбы о помощи в других житейских вопросах? Может, имеет смысл расширить храм или построить новый, более вместительный? Мы, прихожане, помогли бы финансово, покупая для строительства «кирпичики», как это делается в монастыре Иверской Божьей Матери...».
«Очень прошу, услышьте эту просьбу прихожан, которые с последней надеждой приезжают в эти святые места», — обращается Вера Телиженко к митрополиту Одесскому и Измаильскому высокопреосвященнейшему Агафангелу.