|
|
   |
В неблагополучных семьях обычно много запутанного. И в документах, и в родственных связях, и в отношениях между родственниками, особенно если это касается квартирного вопроса. Когда ребенок, становясь сиротой, попадает в руки государственных служащих, клубок проблем, казалось бы, должен распутываться. А ситуация довольно часто еще более усложняется. И встает вечный вопрос: кому это выгодно? Особенно страшно, если взрослые, действуя от имени государства, разлучают детей-родственников. Как в нашей истории...
В РЕДАКЦИЮ обратилась Людмила Доронина. Пишет, что хотела оформить опеку над малолетними родственниками, а ей не дали, определив при этом сестру и брата в разные семьи, то есть разорвав родственные отношения, что запрещено. Относительно Людмилы пока разговор вести не будем, поскольку ее кровной связи с детьми не просматривается: когда-то ее троюродный дядя во втором браке усыновил пятилетнего ребенка — девочку. Л. А. Доронина сейчас через суд пытается доказать родство с ней...
Так о той девочке-племяннице. В январе 2003 года она родила дочь Ирину, а спустя два года, в марте 2005 года, — сына Константина. Сына не успела даже зарегистрировать (однако сохранились медицинские документы на мальчика в роддоме № 1), потому что тяжело заболела. Не прошло и года, как женщина умерла от туберкулеза — в конце января 2006 года. Жила она вместе с детьми (и была прописана) в квартире своей пожилой усыновительницы на ул. Космонавтов.
Мать в последнее время не могла ухаживать за детьми по причине болезни, а бабушка — по старости (сейчас ей за 80). Малышей за неделю до смерти матери (когда женщину забрала «скорая») «работник областной ассоциации «Родина» В. П. Гончаренко», как указано в справке, доставила в областную детскую кожно-венерологическую больницу на ул. Вавилова, где дети прошли лечение по поводу аллергиче"ского дерматита. После окончания лечения малыши были переданы представителю ассоциации «Гончаренко В. П.», — говорится в справке за подписью главврача О. И. Ниточко. Это не удивляет. Валентина Петровна известна в области как мать-воспитательница семейного детского дома. Она не могла пройти мимо страдающих ребят.
Удивляет дальнейшее развитие событий. В тот же день, 1 февраля 2006 года, В. П. Гончаренко сдала мальчика через милицию в центральную районную больницу г. Овидиополя (по месту жительства). Как подкидыша! Передо мной акт о подкинутом ребенке, подписанный опер"уполномоченным Овидиопольского РОВД капитаном милиции В. А. Афанасьевым и заведующим детским отделением Н. Ф. Осадчим, с печатью и подписью главврача ЦРБ В. Д. Литвинчук: «01.02.06 гр. Гончаренко В. П. во дворе своего дома в пер. Строительном в коляске обнаружила ребенка мужского пола приблизительно девятимесячного возраста, данных о родителях или родственниках нет...»
Так исчез Костя Ф. А «родился», якобы 1 мая 2005 года, Виталий Л. (и фамилию ему дали другую, конечно). В конце февраля 2006 года также известная в области мать-воспитательница Л. Н. Литвин (этой семье недавно в Овидиопольском районе подарили хороший дом) — пришла в больницу забрать «подкидыша» под опеку. Как увидела Любовь Николаевна малыша (ухватился на некрепких ножках за ее полушубок), так и вопросов у нее больше не было — возьмет только его. Оформили ей опеку. Но в числе прочих документов оказалась справка, что после роддома Костя находился на лечении. И даже домашний адрес был указан. Л. Н. Литвин отправилась на ул. Космонавтов, где нашла древнюю бабушку, лепечущую о том, что «Валя хочет Иру, а Костю не хочет, потому что больной...».
«Я поняла, что Виталий Л. — это Константин Ф., — рассказывает Люба.— Но где же его сестра Ирина? Надо соединить братика и сестричку». По словам Любови Николаевны, она обращалась в разные инстанции, занимающиеся детскими проблемами (она-то знает, куда стучаться). И натыкалась на стену равнодушия. К тому времени Л. Н. Литвин познакомилась с
Л. А. Дорониной, разыскивающей маленьких родственников, и стали женщины вместе бороться за детей.
С Ирочкой Ф. произошло вот что. Почти полгода девочка прожила в семье В. П. Гончаренко, затем та отвела ее в городской приют № 1 на ул. Терешковой. Заведующая Т. А. Жадан выдала справку: «Несовершеннолетняя Ф. И. В. действительно с 07.07.06 по 27.11.06 находилась в приюте, куда привела ее гр. Гончаренко Валентина, у которой девочка проживала некоторое время». А потом Ирочку определили в детский дом «Жемчужинка». И главным претендентом на оформление опеки над Ириной Ф. стала некая гражданка Б. На мольбы Людмилы Дорониной отдать девочку ей в соответствующих инстанциях отвечали: «Докажите родство через суд». На просьбы Любови Литвин соединить брата и сестру из тех же инстанций шли ответы: «Докажите их родство через суд».
Ладно, доказывали бы. Но ведь уже идет оформление опеки над девочкой. «Уведомляем, что администрация детского дома «Жемчужинка» подтвердила установление контакта малолетней Ирины Ф. с другой гражданкой Украины и дала согласие на назначение опекуна», — это строки из письма Малиновской райадминистрации.
Людмила Доронина уверяет, что к концу апреля 2008 года она собрала все необходимые для опекунства справки, кроме той, что не была судима: документ оформляется через Киев, обещали прислать сразу после майских праздников. В Малиновской райадминистрации женщине обещали провести заседание органа опеки и попечительства 12 мая этого года. А провели раньше! По распоряжению администрации от 7 мая 2008 года опекуном Ирины стала гражданка Б. «Так как необходимые документы вами поданы лишь 12 мая 2008 года, рассмотреть вопрос о постановке вас на учет как кандидата в опекуны не представлялось возможным, — получила Л. А. Доронина ответ от управделами райадминистрации В. А. Павленко. — Сейчас вы пребываете на учете и имеете право оформить опеку над каким-либо другим ребенком».
И вот еще строки из ответа председателя Малиновской райадминистрации Н. Н. Балана той же Л. А. Дорониной: «В соответствии с рекомендациями совета опеки и попечительства от 28 мая 2008 года... для защиты жилищных прав малолетней Ирины Ф. нет оснований для возражений, чтобы опекун осуществила меры по приватизации квартиры на ул. Космонавтов...».
А Костя? Как же с жилищными правами Кости? Или, как у Горького, был ли тот мальчик? Не потому ли сменили ему фамилию? Почему по вине взрослых брат потерял сестру (даже по фотографии видно, что они — родственники)? Отчего такая спешка? Кто ответит на эти вопросы?
Татьяна НЕПОМНЯЩАЯ.