|
|
   |
Прошлым летом три выпускника школы-интерната №4 поступили в высшее профессиональное училище морского торгового сервиса (бывшее ПТУ №26). Два парня учились в старших классах более-менее нормально, а Сергею науки давались с трудом, да и «труд упорный ему был тошен». К этому еще и некая гордыня — лишний раз головы не склоню (пожалуй, чаще это встречается как раз у людей с комплексами). Короче говоря, не подарок. Однако в училище на Пушкинской, интернат не обижается, сирот берут без возражений — уж какие попадутся. Но Сережа и в интернат попал поздновато — в девятый класс (из первого городского приюта). Не успел толком адаптироваться-реабилитироваться. Проще сказать, не научился пристраиваться к реальной жизни.
Училище обязано не только передержать хлопца два года, но и дать ему специальность. Требования учителей, а особенно мастера производственного обучения, показались Сергею чересчур завышенными — придираются, мол. Не нашел ничего лучшего, как пропускать занятия. Отсыпается в общежитии, развлекается, а чем затянувшаяся праздность закончиться может, не думает. Это беда многих (если не большинства) интернатских ребят — на два шага вперед посмотреть они не в состоянии. Хорошо, еще девочки из интерната поступили в то же ВПУ (парни «по дружбе» прогульщика не выдавали) — они и рассказали о проблемах Сергея, когда его уже предупредили об отчислении. Осенью пошли две воспитательницы выручать свое «дитя малое» (19-й год парню идет). Директор был в отпуске, поговорили с заместителем. Пригрозили Сергею: последний шанс тебе дают.
Вроде одумался, реже стал пропускать занятия. Но тут повеяло весной. И в конце марта администрация четвертого интерната получила письмо из ВПУ морского торгового сервиса («доводим до вашего сведения...), что поведение у бывшего их воспитанника Сергея Г. безответственное, не один раз проводились беседы у директора и заместителя, даже на заседание совета училища попадал, результата принятые меры не дали, придется отчислять, поэтому информация будет направлена в областное управление образование и науки — на обучение тратятся государственные средства... К тому же Сергей заявил, что в профессии разочаровался, поваром-официантом быть не хочет. Понятно, нашел «благородное» оправдание делам своим неблаговидным. А ведь сложный первый год, когда дается (Сергею-то именно она и не дается) теоретическая часть, уже заканчивается, на второй год пойдет больше практики, парня знают и в приюте, и в интернате как человека работящего, значит, будет ему легче. «Сломать судьбу легко, — заметила в разговоре бывшая классная руководительница, — довести до ума — труднее».
В прошлую субботу, 2 апреля, Сергей пришел в интернат. Не за помощью-советом, стыдно в делишках признаваться. Одна международная общественная организация много лет оказывает каждому выпускнику интерната, если он продолжает обучение в училище или техникуме, университете или академии, существенную финансовую помощь. Однако с условием регулярно помогать младшим воспитанникам в стенах «альма-матер». Это разумное требование: старшие стараются «соответствовать», с них малыши пример берут. Если не соответствуют, как в нашем случае, то учителя-воспитатели на правах близких людей устраивают головомойку.
Так было и в этот раз. Показала директор школы-интерната №4 А. А. Трифан Сергею официальную бумагу, развела руками: «Отчислят из училища, потеряешь общежитие, превратишься в бомжа...»
В понедельник, 4 апреля, вызвал к себе Сергея директор ВПУ В. А. Бурдейный: «Давай думать, как дальше жить будем». «До меня все дошло!» — прервал парень. «Шея длинная...» — улыбнулся Виктор Артемович. И полилась нормальная беседа. В общем-то, признался парень, сам он во многом виноват, так что к другому мастеру переводить его не надо. Вот практики летом хотелось бы настоящей, городской, а то отправляют на оздоровительную базу на Каролино-Бугаз. Директор объяснил, что летом не только поработать нужно, но и отдохнуть, так что счастливая это возможность — оздоровиться в чудном месте.
Позвонила я директору интерната А. А. Трифан, чтобы узнать, чем дело с Сергеем закончилось. Анне Александровне было некогда: милиция пришла, чтобы на воспитанников глянуть — на ул. Ген. Петрова группа подростков, в том числе две девочки, избили мужчину, забрали из карманов что могли (мобильный телефон, в частности). И это не первый такой случай на Черемушках. К счастью, никто из ребят под «портрет» не попал. По голосу чувствовалось, что Анна Александровна чем-то расстроена. «Много сложностей в интернатской жизни, — вздохнула, — много работы. Каждый день решаешь какие-то проблемы. А посмотрела вчера передачу о школах-интернатах — все-то у нас плохо. Редко слово доброе услышишь».
И тогда родилась мысль рассказать в газете эту историю — маленькая, но ведь победа педагогов двух учебных заведений в борьбе за Сергея... против него самого! Благодарности же от воспитанника они дождутся, может быть, через много лет. Шея у жирафа длинная!
Татьяна Непомнящая