|
|
   |
До 2 октября можно посетить выставку под таким названием в Музее западного и восточного искусства (Пушкинская, 9). Автор экспозиции — художница-любитель и журналистка Ирина Вишневская.
Ирина жила одно время в Киргизии, затем в Кишиневе, а при переезде в Одессу взяла с собой гагаузские винтажные домотканые ковры, над которыми потрудилось беспощадное время и… мыши. Оказалось, их можно использовать вместо холста, и тогда поверх национальных орнаментов появляются силуэты персонажей: «Коляда», диптих «Когда в Чадыр-Лунге танцуют, на небе расцветают цветы», триптих «Космонавты в небе над Чадыр-Лунгой», «Женщины Чадыр-Лунги вышли на демонстрацию», «Строители коммунизма». Там, где ковры обрели особо чувствительные прорехи, автор делала аппликации, вырезая из других ковров изображения роз, и тканое изделие обретало новую жизнь. Наивное и трогательное искусство Ирины пробуждает в зрителях и грустные, и радостные эмоции.
Организовать выставку помог этномузей «Фрумушика-Нова», и скоро манекены в зале будут одеты в аутентичные национальные костюмы. На вернисаж многие первые посетители пришли в вышиванках, чтобы поддержать художницу, поднявшую тему поиска своих корней.
— Цепляться за прошлое, тащить его в будущее бесполезно, да и не нужно, — утверждает старший научный сотрудник ОМЗВИ Сергей Ильин. — Если бы мы до сих пор считали, что каменный топор нужно жилами привязывать к топорищу и никаких не делать при этом дырок — сидели бы в пещерах по сей день. Когда человек стареет, близкие скорбят, но понимают, что конец неизбежен. Так и с культурой. Подлинные, не фабричные ковры, а образцы народного творчества преобразились в техниках «Коллаж», «Ассамбляж», расписаны красками, на них появились аппликации — все это говорит о тенях забытых предков. Молодежь сейчас не то что предков, дедов своих толком не знает, и требовать, чтобы сейчас ходили в безрукавках из овчины и бараньих шапках, неразумно. Однако всегда будут попадаться индивидуумы и мамонты, которые интересуются прошлым, ведь любое дерево, любая травинка не живут без корней. Художник понимает неизбежность расставания, но смириться с ней не может, и этим внутренним ощущением делится с нами.
Галина Марьина. Фото Александра Синельникова