|
|
   |
А я — счастливица, попавшая на их концерт в Кафедральной кирхе Святого Апостола Павла, на программу трио «Pracht-Ensemble»: Андрей Прахт (клавесин, лекторий), Елена Рихтер (сопрано), Ирина Лукьянчук (мандолина).
СОЛИСТКУ этого «Ансамбля старинной музыки» (они себя еще и так называют) мне доводилось слышать в сборных концертах в Кирхе же — и отмечать про себя, что эта исполнительница глубоко проникается тем, что она поет. А поет она вещи содержания, преимущественно, религиозного: произведения авторов эпох Возрождения и барокко. Тут мало вокальных данных — нужен соответственный душевный настрой, данный от природы. Есть блистательные оперные певицы, но они зачастую по натуре люди светские, ну, или формально привержены церковным обрядам, раз уж такой тренд у нас возник. А музыка Ренессанса и барокко требует, как правило, отринуть мирские страсти.
При этом самим-то произведениям барокко присуща раскаленная страстность. Но особенная. Накал эмоций, утонченность чувств; торжественный пафос; сильнейшее эротическое начало (особенно у
А. Вивальди), но, как выражаются последователи батюшки Фрейда, сублимированное — подвергшееся возгонке: энергия, преобразованная в страстную жажду несбыточного, устремленная к Царствию Небесному. Так, должно быть, любили Бога великие мистики и поэты позднего Возрождения — Тереса Авильская и Хуан де ла Крус...
...Что до нашей вокалистки-одесситки Елены Рихтер, то именно этот пласт музыкального наследия человечества был ей наиболее близок с детства. И хорошо дался. Мягкий тембр голоса, его гибкость, полетность, богатство красок, свободное дыхание — все это продемонстрировано Еленой в концерте. Канцону-молитву «О, прекрасная Мария» певица начала сидя в первом ряду кресел спиной к публике — это, замечу, был рискованный прием при подпорченной акустике Кирхи, где звук сильно «фонит», но как же впечатляюще прозвучало!..
Люди потом подходили к Елене, благодарили, отмечали ее адекватность избранному репертуару, стилевую и душевную, ее артистизм. Исполнила она в тот вечер произведения Дж. Каччини, О. Гиббонса, Т. Кемпиона, Д. Манзоло, А. Кальдара, Г. Генделя. И все их крещендо, глиссандо и декрещендо, особенно долгие периоды затухающего звука, — выполнялись Еленой Рихтер столь виртуозно, что хотелось взвизгнуть от восторга. Это всё — в гулком пространстве церкви без микрофона.
«Музыкой драйва, энергией на пределе человеческих возможностей» назвал в сопроводительных пояснениях публике музыку барокко Андрей Прахт, клавесинист и кандидат искусствоведения. «Эта музыка, — заметил он, — легко слушается, но ее тяжело играть». «Сложнее произведений, пожалуй, нет в музыкальной литературе, — развила потом эту тему в беседе со мной Елена Рихтер. — В эпоху барокко вокалист не воспринимался композиторами как живое существо, требующее заботы о голосе и дыхании: подход к певцу был чисто инструментальный».
Елена — дитя оперных кулис: ее отец, выученик Киевской консерватории, знаменитой басовой школы И. С. Паторжинского, был в 60-х годах одним из ведущих солистов Одесского театра оперы и балета: народный артист Украины Анатолий Рихтер. Мама, Нинель Сочиенкова-Рихтер, тоже выпускница Киевской консерватории, была доцентом Одесской консерватории и пела в Одесской опере; у мамы Елена и училась...
«ЭТО ФИРМА?» — растерянно спросила я Андрея Прахта перед концертом, увидев на клавесине надпись «Pracht» (кстати, в переводе с немецкого — «роскошь»). Ну, мало ли что. «Это интрига», — улыбнулся в ответ музыкант. Оказалось: клавесин изготовил он сам, своими руками.
«У меня их восемь», — сообщил он мне после. Фабричных. «Тогда зачем вам еще и этот?». «Устал таскать концертные клавесины в гастролях. Знаете, сколько в них весу? До 300 килограммов». «Андрей в нашем ансамбле и водитель, и настройщик, и грузчик», — рассказала мне Елена Рихтер. Потому что «Ансамбль старинной музыки» ведет кочевую жизнь, подобающую трубадурам и менестрелям эпохи Возрождения: гастрольные туры Андрей Прахт организует сам. Ансамбль объездил всю Украину, досыта хлебнув ненавязчивого сервиса городов и дорог. Но главное — везде их радостно принимают!
Запомнилось нынешнее весеннее выступление в Тбилиси, в Министерстве культуры Грузии, в присутствии послов и немецкой диаспоры, в сопровождении тбилисского Оркестра барочной музыки и при его содействии. Теперь одесситов ждут там в октябре.
«Ансамбль старинной музыки» состоит в штате одесского муниципального Театра духовой музыки
им. А. Салика. Еще наших менестрелей поддерживают Общество немцев Украины и Одесское областное немецкое национально-культурное общество «Видергебурт» («Возрождение»).
...Творческий тандем с Андреем Прахтом вокалистка Елена Рихтер считает судьбоносным: «Он музыкант высочайшего класса и глубочайшей эрудиции». Более того — потомственный мастер по изготовлению музыкальных инструментов. По линии деда там — скрипичные мастера: прапрадед Евстрат Прахт, прадед Николай Прахт. Последний был очень знаменит. Жили они в немецком поселении в нынешнем Фрунзовском районе.
Одесскую музыкальную академию Андрей Прахт окончил по классу композиции у профессора Кармеллы Цепколенко (напомню: «родительница» авангардного фестиваля «Два дня и две ночи новой музыки»). Затем — Краковская академия музыки им. Ф. Шопена и Санкт-Петербургский государственный университет им. М. Ломоносова, в котором Андрей защитил диссертацию «Клавесин в ХХ веке: поиск эстетической парадигмы», под руководством именитых искусствоведов, профессоров И. Розанова и А. Милки.
«МЛАДШЕНЬКАЯ» из трио — стильная Ирина Лукьянчук, играющая с изысканно четкой фразировкой на мандолине. Из просветительского конферанса Андрея Прахта я узнала, что мандолина — это «лютня-сопрано». Ирина — педагог ОНМА им. А. Неждановой по классу домры. Нашу же музакадемию и окончила, в классе профессора Александра Олейника. Прошла слушания на мастер-классах школы «Гиокозо» в Австрии. Мандолина — страсть Ирины еще с музыкального училища.
В концерте Ирина Лукьянчук, в дуэте с Андреем Прахтом, исполнила старинные (И. С. Баха, А. Вивальди, К. Арригони) и современные (В. Бирдемандера, Т. Бедетти) пьесы. Она играет партии мандолины в одесской Опере — серенаду в «Дон-Жуане» В. А. Моцарта и в оркестре Хобарта Эрла — «Римские празднества» О. Респиги. «Мечтаю открыть класс мандолины в нашей музыкальной академемии, — говорит Ирина. — Ведь в Украине сегодня нет учебных программ для освоения этого инструмента. А я уже написала программу».
...И я не удивилась, случайно узнав, что Ирина Лукьянчук увлекается также театром: участвует в постановках одесского театра-студии Марии Кругленко. Менестрелям и сам Бог велел: они — «скоморохи Господни»!..
«Ансамблю старинной музыки» всего три года. Их приглашают в этом году в Польшу, Германию, Румынию... но не будем «закудыкивать дорогу» — будем следить за ними в пути.
Тина Арсеньева. Фото из Фейсбука