|
|
   |
Вот это вам и ответ на вопрос: «А зачем?». А затем, что из песни слова не выкинешь. Миф Одессы, он и есть миф, как ни переписывай учебники истории. Приверженцы нашей Музкомедии даже и не спрашивают — зачем и с какой стати: рожденная на ее подмостках в четвертый раз оперетта И. Дунаевского «Белая акация» пошла «на ура»!
ПОСТАНОВЩИК Владимир Подгородинский выбрал своеобразный режиссерский ход: он не задался целью переплюнуть предшественников и не озаботился точной реконструкцией эпохи в модном стиле «ретро». Он исходил из того, что музыка — хитовая, что вменяемому человеку, даже если человек молод и зелен, не нужно разъяснять, какую песню играют куранты на Думской и отчего эта песня — гимн города. Исходный пункт: всё всем и так известно! А посему — вот вам не спектакль-воспоминание, но спектакль-напоминание: почувствуйте разницу.
«Белая акация» Подгородинского (по всё той же пьесе В. Масса и М. Червинского, по которой в 1957 году поставил свой фильм Георгий Натансон) взывает к коллективной памяти. Именно поэтому спектакль подчас уходит в концертный вариант, а режиссер устраивает откровенную игру с пресловутой «одессикой»: хотите — называйте это стереотипами, хотите — мифологией, только никому эта игра не досаждает. Постановщик нам словно подмигивает с первых же сцен: ну, вы же в курсе...
Да, вот она, одесская колоннада, и вот он, в городском саду играет духовой оркестр... то есть, театральный оркестр сидит и играет прямо на сцене. Вот двор, в котором забивают «козла», а вот под бдительным взором мамы мальчуган истово пилит скрипочку, а девчушка из всех силенок вытягивается на пуантах, а мама по ходу делает базар, икру из «синих», фаршированную рибу — и причитает, что нечем кормить. И при всем при этом мамы и мадамы нарядны невообразимо: фантазия художника по костюмам Елены Лесниковой нарядила одесситок эпохи китобойной «Славы» в такие платья «от кутюр», какие в те времена даже китобои из рейса не привозили — не по нашему карману были все эти «нью лук». Как раз вот эта сногсшибательная, шикарная на грани китча, нарядность намекает зрителю: не принимайте нашу историю как буквальную, но... всякий народ помнит свою «белль эпок», и мы тоже, представьте себе, имеем право — на свою!
И да, фотомонтаж, вывешенный в фойе, со снимками знаменитых судов былой флотилии, с портретами знаменитых капитанов, — он тоже про это. Былая «Слава», говорите? Да... но она — была!
И ЧЕМ, СОБСТВЕННО, так уж устарела любовная история, рассказанная в «Белой акации»? И почему она, собственно, «советская»? Да тут же мифологема всех времен и народов, особенно, заметим, излюбленная американцами, которые как никто на свете поднаторели в «легком», или «популярном», жанре: добродетельная, искренняя и самоотверженная девица в любовном треугольнике берет в конце концов верх над себялюбивой кокеткой. Оперетта — она ведь на том стоит: желаемое за действительное!
Мы же не говорим, что «Сильва» устарела. Молодежи уже не интересна «Белая акация»? А чем ей интересна «Сильва» с ее конфликтом, если в наши дни баронессы за честь почтут явиться к голливудской Сильве на вечеринку?.. В общем, есть опасение, что молодые «не поймут» ни советскую лав-стори, ни венскую. А есть шанс, что — «въедут»: тут глубокая классика легкого жанра! И Кальман, и Дунаевский. Расслабьтесь и съешьте в антракте «Сникерс»: глядишь, завтра в меню появится и «Тузик».
...Вот, собственно, спектакль Владимира Подгородинского, по большому счету, про это: про самоуважение наше. Про то, что всякий уважающий себя город имеет легенду, имеет свой миф, и надо этот миф лелеять и шлифовать. Город без мифологии — он как город еще не состоялся. Но ведь это — не об Одессе?!
Поддержать легенду нам помогают артисты академического театра музыкальной комедии имени Михаила Водяного (тоже ведь — персонаж одесского мифа, колоритнейший, и вот играй после него в «Белой акации» фарцовщика Яшку-Буксира!). Ирина Ковальская — Тося: все арии, все куплеты исполняет великолепно. Ольга Оганезова — Лариса: воплощенная женственность... и тут мне хочется чуток поспорить с постановщиками, кое-что откорректировать. А именно — прическу и длину юбки. Лариса по природе своей не «девчонка» (как Тося), а врожденная «дама», не зря же за ней такой шлейф ухажеров: она неотразимо сексапильна, но не вульгарна! Она не легкомысленная вертихвостка, а самовлюбленная, изнеженная и расчетливая «вамп». «Геометрическая» стрижка и укороченная юбка — непопадание в образ. «Ондулясьон», перчатки и юбка-колокол «миди» — было бы правильно: вот как предстает Оганезова-Лариса, единственный раз, перед Яшкой, собравшись в Аркадию...
В игре же и вокале Ольга Оганезова прелестна и с тонким чувством юмора: ее героиня ни на миг не скатывается в шарж.
Шарж, гротеск — это стихия Дениса Фалюты, который изобразил нахрапистого кинохроникера, да так, что в нем узнаешь иных сегодняшних квазипрофессиональных телевизионщиков: как говорится, ради красного словца...
Убедителен и обаятелен Владимир Фролов в роли Яшки-Буксира. И уж как хотите, то ли тут актер так умудрился хитро сработать, то ли сработал эффект «обратного предвидения», но аллюзии сами напросились: вот этот Яшкин обаятельный пофигизм, при том, что малый, как говорят, нечист на руку, — так это же... сегодня спекулянт, завтра кооператор, а послезавтра, глядишь, и президент!
...Костя — Тимофей Криницкий: я вот как раз «Косте» и не завидую — роль, в сущности, вообще не выписана. Не мужчина — переходящий приз, за который сражаются две героини-соперницы. Отважный капитан по умолчанию. И надо сказать, Тимофей Криницкий с этой невнятицей справился: его Костя выглядит достойно.
Очень располагает к себе бойкая корабельная повариха Катя — Аурика Ахметова: актриса находит для своей симпатичной героини характерные бытовые штришки. Столь же милую житейскую характерность, у каждого актера на свой лад, наблюдаем у Виктории Фроловой — Серафимы Степановны, у Сергея Милькова — Чумакова; у Натальи Завгородней — Ольги Ивановны...
Публика встречала «концертные» номера спектакля шквалом оваций, публика подпевала... а и вправду, под марш китобоев чуть ли не слеза наворачивалась. А уж какой матросский танец с эквилибром оторвал китобойный экипаж — куда там той джиге: дыхание перехватывало от таких головоломных «вращений» и «поддержек».
А завершился спектакль чествованием экранных Тоси и Ларисы — заслуженной артистки Украины Идалии Ивановой и народной артистки Украины Евгении Дембской. Вот она, живая наша легенда. Тузики Тузиками, а то еще была такая вот марка конфет: «А ну-ка, отними!». Пусть даже и оперетту как искусство вы вольны не принимать всерьез...
Тина Арсеньева