|
|
   |
Под таким названием в Одесском художественном музее (ул. Софиевская, 5а) 12 ноября открылась вставка живописи Андрея Коваленко.
Представлены произведения, созданные в 2014—2015 годах. Название выставки художник связывает с важным этапом своей жизни, когда необходимо «остановиться, подумать и идти дальше». Цель живописца — не воспроизведение действительности, а выражение эмоционального восприятия мира в масштабном диапазоне быта и бытия.
«Мне близко народное искусство в целом. Оно больше от сердца, от души. Я пишу картину искренне, полностью открываю свое сердце. Для меня картина — это небольшая история, идущая от моего сердца к сердцу зрителя». В композиции «Жизнь на колесах» колеса повозки крутят дети. Вне времен. Впереди показан играющий на трубе ангел, за ним — циркач с цветными шариками, а сзади чертик. Герои картин Андрея — дети, странствующие цирковые актеры, музыканты и обычные люди. Коваленко сосредотачивает внимание на бесценных качествах: искренности, душевной щедрости, способности радоваться и мечтать.
В композиции «Сни дiвчинки Катрусi» мечты девочки показаны в окружающем ее пространстве: белый лебедь и разгоняющий темные силы мрака петух, древо жизни, принц на коне, замок. Героиня имеет портретное сходство со старшей дочерью художника скрипачкой Машей. В то же время в названии картины есть тайна. Мама художника (скульптор и живописец, преподаватель Одесского художественного училища С. С. Коваленко-Шведова) рассказывала Андрею, что, когда была беременна им, то они с отцом решили, что в случае рождения дочери назовут ее Катрусей. Передано состояние души, внутренний настрой не только дочери, но и самого художника. В 2015 году родилась его дочь Ольга. Ее рождение дало новый жизнеутверждающий импульс живописцу. Андрей вспоминает, что у отца — знаменитого художника Юрия Коваленко — в год рождения сына был мощный подъем творческой энергии с множеством выставок.
Картина «Домой» написана за две-три недели до рождения дочери Ольги. Живой челн в образе человеко-льва-коня, плывущий по морю жизни, окружают темные силы в виде черных птиц, но свеча в руках девочки озаряет пространство. После испытаний путники «вернутся туда, где их ждут». Композиция «Дети земли» написана под впечатлением событий на Донбассе, когда под обстрелами погибали дети. Пейзажный фон полотна — город, в котором у деревьев отрублены ветви.
Для А. Коваленко важен сюжет. В показанной на афише выставки картине «Ни поездов, ни самолетов» живописец передал ощущение движения жизни. Изображение колес рождает ассоциации и с колесом Сансары (странствия) древней Индии, и с колесом Фортуны древнего Рима. Эти ассоциации спонтанны. Они содержатся в нашей культурной памяти и способствуют творческому сопереживанию композиций, рожденных художником в состоянии творческого озарения. «Я хожу по земле своих предков. Она дает мне силы для жизни и творчества. При создании картины важно не быть рабом натуры. Отец учил: «Надо, чтобы работа дышала. Старайся не использовать палитру, пиши сразу на холсте кистью, пальцами! Пока не достиг максимума выразительности — не останавливайся!»».
Маяками для А.Коваленко (кроме отца) являются Ван-Гог, Сутин, Нольде, Нагель, Мунк, Клее, Шагал, Амош, Гуттузо, Тышлер, Сельский, Маврина, Попков, Нестерова, Аршакуни. Композиция подолгу вынашивается, но пишется «на одном дыхании» при концентрации большой энергии. Стилистика живописи Андрея Коваленко имеет черты, родственные течениям европейского искусства эпохи модернизма: экспрессионизму (от лат. expressio, «выражение») и фовизму (от фр. fauve — дикий), которые были связаны с неопримитивизмом. Характерным является нарочитое упрощение художественных средств и форм ради наибольшей выразительности.
Полотнам Коваленко свойственна экспрессия, свободная трактовка пространства и времени, цветовая насыщенность, запечатленная в линии энергия жеста. Андрея питает народное творчество и архаические культуры прошлого (в частности Триполье). Иногда он трансформирует лубочные сюжеты, отличающиеся простотой и доступностью образов («Котовасия», «Крупная рыба»).
Как и в народном искусстве, в живописи А. Коваленко нет места обыденности. Андрей любит писать, слушая музыку Чайковского, Мусоргского, Стравинского, Грига, Сибелиуса. Потребность в музыке воспитала мама. Отец открыл для сына скрипача Иегуди Менухина. Отец наставлял: «Андрей! Не бойся экспериментировать! Не бойся быть разным! Ты — как театральный художник: сегодня ставишь «Сон в летнюю ночь» Шекспира, а завтра — Квитку-Основьяненко. Слушай свое сердце!».
«Художник ищет себя, развиваясь, — говорит Андрей. — Если ты уже нашел — то умер. Сегодня я пишу вымыслы, завтра — город, послезавтра — натюрморт. Важно, чтобы работа несла новый положительный заряд».
Ольга Тарасенко. Доктор искусствоведения