|
|
   |
Режиссер Наталья Прокопенко представила 19 февраля премьеру моноспектакля «Обезьяна Кафки» по новелле Франца Кафки «Отчет для академии». Сыграла спектакль Ида Шмулич.
«ИДА ШМУЛИЧ» — псевдоним; она — одесситка, журналист по профессии. В палитре одесских полупрофессиональных коллективов, каждый из которых по-своему ярок и не похож на остальные, явилась броская актриса гротескного плана, травести, с сильным и напористым темпераментом. Она занималась в актерской школе Натальи Прокопенко при Центре Коробчинского еще три года назад и впервые засветилась в моноспектакле «Бешеная балерина» по мотивам фильма-комедии Г.Константинопольского «Кошечка».
Наталью Прокопенко вряд ли надо представлять, но напомню ее работы: мюзикл «Кошки», поставленный с юными актерами театра-студии «Мозаика»; антрепризные постановки «Бравый солдат Швейк», «Женитьба Фигаро», «Самоубийца». Это весьма достойные, интересные, увлекательные спектакли, той методы, когда «режиссер умирает в актере», актер же раскрывается с неожиданной стороны, проявляя скрытые до поры до времени грани своего дарования. В спектаклях Прокопенко блестяще играли артисты Одесского ТЮЗа и Театра музыкальной комедии. Как режиссер-педагог она воспитала очень перспективных, неординарных актеров-любителей, некоторых вырастила буквально «от коротких штанишек».
Почему надо напоминать? Да потому, что не так часто приходится радовать одесситов подобными сценическими находками: нынешняя экономическая деградация, с обвальным падением гривни, пребольно ударила и полупрофессиональные театры, которым не под силу стало арендовать площадки, не по карману — «одевать» сцену и актеров. Повторю то, что написала в рецензии 22 октября 2009 года, — оно не потеряло актуальности, оно обострилось: «Опыт Натальи Прокопенко лишний раз подтверждает насущную необходимость для города специальной экспериментальной сцены!».
Новый спектакль нашел себе приют в маленьком подвальном театре «Buffon» на Екатерининской площади. Это, если смотреть в сторону Сабанеева моста, справа, во дворе под аркой. Театрик, любовно отделанный, видимо, руками самих артистов, возглавляет Олег Савченко. Уж одну-единственную «гастрольную» актрису вместить он смог. Что касается зрителей, то симпатиков у Иды Шмулич и Натальи Прокопенко оказалось столько, что троим слегка припозднившимся девчонкам пришлось вскарабкаться в глубокую нишу высоко расположенного окна, словно на верхнюю полку купе, и наслаждаться интеллектуальным действом, высовываясь оттуда...
«ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ» — самое подходящее слово для каждого спектакля Натальи Прокопенко. Только нет в них ничьей многозначительной мины и всяких там сценических шарад-символов. Все уходит в актерскую игру, и уж после соображаешь, насколько внятно умеет Прокопенко-режиссер довести до сознания и сердца артиста его задачу. Всё — легко, смешно, озорно, непринужденно, и всё — с двойным дном, с подтекстом, с подвохом, с информацией к размышлению.
Новеллу Кафки для воплощения «в одном лице» актрисе предложила режиссер: «Меня идея захватила», — говорит Наталья Прокопенко. Новеллу вы запросто найдете в Интернете. Честно говоря, я сама бы на ней не зафиксировалась. Как по мне, довольно проходная фэнтези (поклонники Кафки и всяческого «сюра», простите святотатство), ну, с моралью. Но вот именно актерская игра, представление вживую выведет на свет Божий подводные камни повествования, справедливо смекнула Прокопенко.
И доверительная, темпераментная игра Иды Шмулич, при внешней безыскусности и всей непосредственности переживания, выявляет логические подвохи сюжета. Тут не столько приключения некоей обезьяны, которую человек, ради ублажения своей скуки, изловил и лишил свободы, чтобы выдрессировать, так что эта обезьяна от безвыходности сама развилась в человека, пройдя дарвиновский эволюционный маршрут экстерном, за пятилетку. Тут — приключения нашей мысли, ее прихотливые и парадоксальные извивы по ходу повествования-монолога... и ее спотыкания о парадоксы.
В самом деле, человек много рассуждает о свободе, на словах превозносит свободу, но не ведает, что такое она на самом деле, а вот животное — свободно, без понятия об этом. Человек гордится своим превосходством и господством над животным миром, пройденной лестницей эволюции, мнит себя ее высшей ступенью. А обезьяна, вознамерившаяся подняться по этой же эволюционной лестнице в кратчайший срок и пустившаяся подражать человеку разумному, в первую очередь научилась у него плевать, курить и пить водку.
Но еще она усваивает, что терпение и труд всё перетрут, что ученье свет, а неученье тьма: «Невиданной доселе в истории концентрацией воли я достиг уровня среднего европейца», — сообщает в своем отчете очеловеченный примат. «Среднего европейца» — это, судя по перечисленным возможностям, заурядного обывателя, живущего, чтобы есть-пить и чтобы получать прочие приятные ощущения: ну, и стоила ли этого вся эволюционная лестница? Да, но у вчерашнего примата есть оправдание его человеческого бытия: это творчество. Новоиспеченный гомо сапиенс — артист! Да, но артист — варьете: как раз для ублажения среднетупого европейского обывателя. Однако же и жанр варьете не безнадежен: а если в нем прорежется гениальный клоун, некий печальный философ Чарли? Да, но куда он прячет свой хвост?..
Так что непростая эта историйка-фэнтези в подаче Иды Шмулич. Сплошная, чисто по Достоевскому, контроверза внутри всякой отдельно взятой думающей головы. Каждый напросившийся тезис-вывод тут же тянет за собой свое опровержение...
Конечно, вопрос «очеловечивания» поставлен автором новеллы далеко еще не в той остроте, на которую напрашивается. Есть еще тема войны, тема саморазрушения. Но это мы додумаем сами. Даже и за Франца Кафку. Как и то, сколько нам еще мучительно развиваться до уровня среднего европейца.
Следующая премьера состоится 26 февраля в 19.00 в театре «»Buffon». Автор афиши и реквизита к спектаклю — Дмитрий Дацков.
Тина Арсеньева. Фото Марины Банделюк