|
|
   |
В Историко-краеведческом музее на ул. Гаванной 5 июня открылась экспозиция фотографий одесского журналиста Юлии Городецкой «На Дерибасовской хорошая погода, на Брайтон-Бич опять идут дожди».
Фотоснимки — творческий отчет: порядка 60 работ, результат трех поездок в Нью-Йорк. Юля Городецкая — талантливый человек: у нее несомненный дар режиссера-документалиста, она незаурядный фотохудожник, помимо того, что хваткий фоторепортер. У нее врожденное чувство композиции — не только кадра, но и драматического повествования: уж она, похоже, не «затянет» и не «размажет», потому что обладает хорошим чувством ритма. Она не станет тратить слова там, где можно выразить мысль посредством изображения, а это ведь и есть — кино. Эти качества видны и по ее фотографиям. В экспозиции фотографии двух родов: репортажно-портретные, сиюминутные, неинсценированные — и фотопейзажи.
Урбанистические пейзажи: Нью-Йорк, как-никак, — поданы Городецкой как взволнованное поэтическое повествование. Они продуманы в цветовой гамме, причем компьютерная обработка снимков, как сказала мне Юля, минимальна: в программе «редактор», да и то чуть-чуть, — у автора пока что нет времени освоить даже эту программу. Но ведь у Городецкой глаз — от природы. Нью-йоркские уличные и панорамные пейзажи у нее красивы и выразительны по колориту, их сгущенные, яркие, напряженные тона несут сильную эмоцию.
Эти фотопейзажи выглядят как настоящее футуристическое фэнтези. Что отлично удалось — схватить особенности городской архитектоники: мощная сбитость масс, монументальность, порывистое устремление ввысь характерны для многоэтажного громозда, представленного на снимках. Оказывается, убеждает нас их автор, у Нью-Йорка таки есть душа, и она отнюдь не технарская и не бухгалтерская.
Юля рассказала, как довелось ей в этом убедиться. Ее отец, одессит, журналист Феликс Городецкий живет в Нью-Йорке уже 20 лет, имеет гражданство США, был главным редактором нью-йоркской газеты «Репортер». Вот Юля однажды и отправилась в гости к папе...
«Я никогда не мечтала о Нью-Йорке и, в сущности, ничего о нем не знала, — сказала она мне на вернисаже. — Я просто ехала к папе. К знаменитым небоскребам относилась скептически. Но... вышло так, что мне показали город, как праздник.
И Брайтон-Бич тоже стал частью праздничной программы. Многие эмигранты из СССР, в том числе мой отец, чураются Брайтона, считая его клоакой. Мне же этот район внезапно напомнил мое одесское детство: «коммуны», кухонные разборки, — там, на Брайтоне, и сейчас так живут.
Первое мое поразительное удивление — Манхеттен. Мы привыкли к стереотипу «каменные джунгли». Да, там улицы не засажены деревьями. Но полно маленьких и больших парков-оазисов.
А главное: глядя на эти грандиозные строения, понимаешь, чувствуешь, что все это построили люди. А ты — человек. И, глядя на архитектуру Нью-Йорка, ощущаешь себя сопричастным величию. Дизайнерские решения этого городского пространства просто гениальны. В эту среду прекрасно вписываются произведения современного искусства, даже такие, которые ты ранее, может быть, и отвергал, видя в галерее. Эффектно смотрятся граффити — у меня была целая коллекция их снимков.
Еще сильное впечатление — кафешки на Гринвич-Виллидж. Там — джаз весь вечер! Я там поняла, что еще ни разу в жизни не слышала джаз. Хотя часто посещала концерты в Одессе. В кафе там джазмены делают такое, что в концертном зале невозможно по определению. В Нью-Йорке множество уличных музыкантов отменной выучки — среди них проводятся конкурсы на право играть на станциях метро. Попадаются очень колоритные типы. Например, саксофонист Борис, — Юля показывает фотографию-портрет. — Он назвался сербом. А об СССР, оказалось, знает больше, чем я!..».
«Необразованность американцев — миф! — уверяет одесситка. — Третье мое сильнейшее впечатление: Нью-Йорк — город, который дает возможность всякому быть собой. Там о тебе не скажут: «Понаехали». Там все мирно уживаются, и во всем комфорт. Люди в уличной толпе доброжелательны, отзывчивы, готовы помочь. У меня там атрофировался иммунитет к хамству», — Юля невесело улыбается и рассказывает: только-только вернулась в родной город, как нарвалась на уличного хама; вообще, по возвращении сюда так хлещут по глазам и ушам людские озлобленность и агрессивность, к которым мы притерпелись...
...Ужасна и полная нестабильность во всем и вся, ужасно отсутствие социальных гарантий. Два месяца, как Городецкая без работы, — очень хочется надеяться, что не надолго. Историк по образованию, выпускница университета имени Мечникова 2001 года, Юля Городецкая сразу посвятила себя журналистике, фотокамере. Работала на телеканале «Круг» у Валерия Барановского. В последнее же время была редактором новостных программ одесского «Седьмого». Коллективом своим гордится: «Ведь это мы первые в городе начали практиковать прямые включения, «стримы» (stream — поток, англ.), сюжеты, снятые на мобильник. И у нас было первое рейтинговое место среди одесских телеканалов». Затем собственник «не потянул» свое СМИ, а продажа канала не заладилась...
Еще Юля немало удивила меня сообщением о том, что у нее — такой хрупкой, такой непреходяще молодой и неуемно творческой! — трое детей.
Первого родила еще студенткой...
...Из ее записей в Фейсбуке: «На пляже случайно уснула — несмотря на резкую нескладную музыку из «Двух шаров» и ди-джея, орущего пошлости дурным голосом. Вдруг просто перестала слышать весь бред: ухо отфильтровало звук волн, бьющих о берег. Они и укачали. Снились старость, дом у моря и два шезлонга на пляже. В одном из них была я».
Валентина Левчук. Фото автора и Олега Владимирского