|
|
   |
Дух веет, где хочет. Потому и радость от соприкосновения с ним — нечаянная. Именно такую радость я испытала во время посещения органного концерта Виктории Гамазовой, солистки Днепропетровского дома органной и камерной музыки.
Гостья Одессы окончила в 2007 г. Киевскую музыкальную академию им.П. Чайковского по классу органа, училась также в Петербурге, Зальцбурге и Риме. Концерт носил благотворительный характер. Пожертвования от него пойдут на лечение детей — в гематологическое отделение областной детской больницы.
Виктория постаралась не только вдохновенно исполнить произведения немецких и французских композиторов XVIII — XIX вв., но и сопроводить их тонкими комментариями, обратив внимание на стилистические различия композиторов двух стран. В результате у слушателей была возможность сопоставить немецкую мужественность и строгость с женственностью и лиризмом произведений французских композиторов.
Программу концерта открыла знаменитая Прелюдия и Фуга ля минор Иоганна Себастьяна Баха. Камертоном всему была фраза Альберта Швейцера, знаменитого органиста и толкователя Баха: «Для Баха музыка — это религия». Но для того, чтобы убедить в этом слушателя, нужно исполнить произведение Баха так, как будто это и для тебя истинно. То есть это должна быть и твоя исповедь, и твоя молитва. Виктории это удалось. И прелюдия поразила нас красотой своих голосов в их стремлении к Небу.
Хоральная прелюдия «Сердечно возлюбленный Иисус» была наполнена интонацией смирения. Это было тихое молитвенное обращение к Возлюбленному. Затем прозвучала Пастораль фа-мажор. Пастораль первоначально — это поэтический сюжет о нежной любви пастуха и пастушки. И действительно — мы слышим музыку радостного умиротворения, почти как в арии «Овцы могут пастись спокойно» из Охотничьей кантаты. В третьей части время вдруг останавливается. Все внутри замирает, сжимается и хочется оплакивать... несбыточность, невозможность такого счастья.
Следующей в программе была Хоральная прелюдия Иоганнеса Брамса. Важно отметить, что Брамс обратился к органной музыке в самом конце своей жизни. Его прелюдия была как бы последней молитвой, обращенной к Богу. Но в молитве звучали не тоска и не грусть, а вопрошание: «Кто я, зачем я жил, и что я успел сделать?..». И ответом на вопрошание было утешение.
Для меня главным событием программы стала Церковная сюита первого тона в 7 частях Луи Николя Клерамбо, современника И. С. Баха. Произведения Клерамбо крайне редко исполняются в Одессе. Внушительное громкое начало сменяет невыразимая нежность. Третья часть напоминает звук шагов, это музыка пути, поиска. Но чего? И вот тут приходит она, «совершенная ясность». Причем такая, что обжигает глаза своим светом. С этой высоты, до которой так жаждал добраться путник, — видно все. И вслед звучит танец, мелодия праздника, пир с небожителями.
И, наконец, 6-я часть — пробуждение. Предрассветные сумерки. Райское видение оказалось сном. И тот, кто спустился с высот, еще не знает, будет ли теперь все, как прежде, или иначе. Но одно он знает точно — изменился он сам. И для него мир будет другим навсегда. Музыка как суровое торжество духа...
Далее было исполнено произведение Сезара Франка. Нужно сказать, что Франк считается вторым после Баха величайшим органным композитором и импровизатором. Каково же было наше удивление, когда вместо серьезной, романтически грустной музыки создателя «Заповедей Блаженства» мы услышали его Андантино соль минор. По сути, это городская песенка, в веселом мотиве которой слышится чуть ли не озорная усмешка. А кончается она ласковым колыбельным напевом.
Завершило программу произведение ученика Франка Габриеля Пьерне, который создал монументальную Прелюдию. Она была в духе Баха и прозвучала как своего рода символ веры.
Исполнительство такого рода: когда духовное начало музыки выявляется с такой искренностью, — редкость. В Одессе так играет Вероника Струк, с которой, кстати Виктория Гамазова знакома. Я приглашала на концерт своих студентов-учеников. Те, кто пришли, разделили со мной эту нечаянную радость...
Ася Рейдерман. Фото автора