|
|
   |
Одесский экспериментальный центр современного искусства «Чайная фабрика» (Карантинная, 21/1) до конца лета представляет проект «Анархия» киевского художника Андрея Ермоленко.
Обрамленные розами, маками и пулеметными лентами персонажи произведений, конечно, яркие личности, вот взять хотя бы батьку Махно... Постеры, созданные в русле направления digital art, сочны по цвету, что характерно и для татуировок, где их мотивы успешно применяются, и для украинского искусства в целом, посмотрел — как пообедал. Автор признается, что техника для него лишь средство выражения — раньше, бывало, делал живопись, но раз для художников появились такие удобные инструменты, как компьютеры, планшеты, грех не воспользоваться.
Герои постеров Андрея Ермоленко — «Мама Анархия», Нестор Махно, боец его знаменитой «Еврейской роты». Особняком стоящие две работы, поясняет автор, имеют прямое отношение к направлению «Жлоб-арт», ведь этих героев очевидно интересуют только бренды, пусть даже поддельные, это обобщенные образы жлоба и жлобихи (старые одесситы сказали бы посочнее: «жлобехи»). Понятие жлобства, безусловно, заслуживает глубокого исследования, чем с удовольствием занимаются украинские художники, «Жлоб-арт» как направление в живописи создал Иван Семесюк, а вдохновляет на него окружающая действительность, вплоть до комнатных собачек в брендовых комбинезончиках, ибо и это суть проявление жлобства. И все-таки анархо-искусство привлекает Андрея гораздо больше.
— Почему захотелось все это показать в Одессе — есть очень хорошие люди, не художники, простые одесситы, с которыми хочется делиться своими идеями, — говорит Андрей Ермоленко. — Юг Украины — это вообще колыбель анархии, в степях батька Махно отстаивал анархические идеалы, интересы крестьянства. Одесса сама по себе анархический город. Если почитать Бабеля, легко заметить, что Беня Крик — последовательный анархист. Сегодня стоит вспомнить, что главное — быть собой, сохранить себя. Анархия не возникает там, где есть власть, которая всех устраивает. А в государстве, где уже никому не веришь, даже оппозиции, возникает желание выбросить черный флаг — не придет мессия, который сделает жизнь лучше, но есть я, есть мы все, и вместе мы можем сделать что-то серьезное. Англичане обожают своего адмирала Дрейка, хоть он и был пиратом, я тоже симпатизирую пиратам. хотя и не одобряю воровство и разбой. Наш Махно — тот же Дрейк, только украинский, также он напоминает мне Робин Гуда, стремившегося отобрать у богатых, чтобы раздать бедным — сейчас скажут, что это неправильно, я, может быть, и сам скажу, что это неправильно... Каждый человек имеет право просто присутствовать или активно жить в обществе, каждый народ заслуживает мифов о себе, и пока мы видим, что «современные герои» весьма уступают героям прошлого.
А вот и современный герой уже не украинского, всеевропейского масштаба. Самое масштабное произведение на выставке — «Конец эры мультикультурализма». Жуткая картина расстрела террористом Брейвиком (этакая белокурая бестия в средневековых доспехах) «детей разных народов» и даже слона с жирафом, которые разбегаются в ужасе — отнюдь не гимн анархии, как можно было бы подумать.
— Нам кажется, что эта проблема от нас пока далека, но, например, моя подруга, которая учится в Штутгарте, с ней сталкивалась, — комментирует куратор ЭЦСИ Вацлав Юташ-Зюзин. — В образе Брейвика в латах мы видим стереотип западноевропейской культуры. Речь идет не о расовой ненависти, а о конце эры глобализации, сменяющейся на наших глазах эрой локальных войн. Композиционно это напоминает гравюры Гюстава Доре, посвященные темам Нагорной проповеди, Ноева ковчега — места нет уже даже для животных! Здесь ирония уступает место аллегории... Эмблематичность в целом присуща работам Андрея Ермоленко, доведенная до абсурда китчевая эстетика придает им особое обаяние!
Остается добавить, что Андрей Ермоленко — участник арт-группы «Союз Вольних Художників», работал арт-директором журналов «Український тиждень» и «Профіль», дизайнером журнала «Час.ua», создавал анимационные проекты для телеканалов «СТБ» и «5-й канал». Его выставка в Одессе, безусловно, должна быть посещаема и обсуждаема.
Мария Гудыма. Фото Олега Владимирского