|
|
   |
Стоит похвалить организаторов Одесского кинофестиваля, залучивших сюда культового и эпатажного британского кинорежиссера: тут уж нам позавидуют многие. К тому же 15 июля Питер Гринуэй (ему, кстати, 5 апреля исполнилось 70) дал мастер-класс в рамках Летней киношколы...
Общение с незаурядным, парадоксальным художником (и в прямом смысле: первое образование Гринуэя — четыре года школы изобразительных искусств, он и сейчас пишет и выставляется) — это подарок.
Ирония началась с обстоятельства, от Гринуэя никак не зависящего: сбои в компьютерном видео — типовая для нас ситуация «техника в руках дикаря». А мэтр уповал на высокие технологические достижения эпохи, готовясь демонстрировать одесситам свои видеоопусы! И поминутно извинялся за помехи, хотя — почему он-то должен извиняться? Наверное, причиной является британское воспитание. «Думаю, вы разбираетесь в подобных неурядицах», — проронил он, даже не подозревая юмористического смысла фразы...
О чувстве юмора и пошла беседа. «Английский юмор черный и очень ироничный, — отмечает Питер Гринуэй. — Я хочу общаться со зрителем, как с равным, без снисходительности: как с тем, кто знает не меньше, а может, и больше, чем я. И юмор — мост. Юмор взламывает первый лед на вечеринках».
Гринуэй объявил о провокации: «намеренных попытках смутить аудиторию». «Кинематограф мертв», — заявил кинорежиссер. Если тезисно изложить взгляды Гринуэя на «важнейшее из искусств» (ну, самое могущественное на данный момент), то получится вот что. Кино на пороге технической революции: целлулоид сменит «цифра». Кино — искусство по природе изобразительное, и надо наконец-то избавить его от тирании текста, от привычки рассказывать истории, «сказки на ночь»: «Перерезать пуповину, связывающую кино с книжной полкой». Рембрандт, цитирует Гринуэй, говаривал: «Иметь глаза еще не значит видеть»...
А раз упраздняется анекдот, экранная «история», то долой и актера: его необходимость для кино — тоже тирания. Долой и диктат кадра, вон из рамки! Будущее ортодоксального кино — за анимацией: вот где художник ничем не скован. Все 117 лет бытия кино — пролог: «попытка понять, с чем имеем дело». Мы на пороге перерождения кино, и цифровые технологии несут нам неизведанные возможности.
«Поднимите руки, кто имеет визуальное образование: художники, архитекторы, дизайнеры», — призвал маэстро. Поднялось сколько-то рук (моя тоже) — как везде, не более 8% аудитории, отметил Гринуэй. «А теперь — кто хочет стать кинорежиссером». Поднялось значительно больше рук. «Нет, даже не подходите к камере, не получив визуального образования, — заключил «провокатор». — Научитесь видеть!». Неправильно и однобоко, считает Гринуэй, что наша цивилизация — «текстовая»: слова, слова, слова. Надо мыслить образами. Вот Умберто Эко, которого английский гость несколько раз процитировал, полагает, что образному мышлению нас научат цифровые технологии: введут в новую, визуальную, цивилизацию (а как же тексты в режиме «цифры», спрошу я).
НУ, КАКУЮ аудиторию все сие смутит? Разве что ту, которая не трудилась читать книги по теории и истории кино. Сколько раз и кем декларировалось то, что сегодняшний культовый режиссер подает как эпатажное откровение, здесь излагать не место. Навскидку — французский «авангард» 20-х годов прошлого века. В СССР в 60-е — Параджанов. А эстетические эксперименты Тарковского?.. Не нами сказано: «Бывает нечто, о чем говорят: смотри, вот это новое; но это уже было в веках, бывших прежде нас». Вот я и забавлялась, помалкивая в тряпочку.
Видеоинсталляции, предложенные Питером Гринуэем, конечно, элегантны, чувствуется рука профи, но... вовсе они не новы. Ну, вариоэкран: экое откровение. Мне, по правде, понравился один момент: Гринуэй, изучая историю изобразительного искусства, вычитал, что в росписи Леонардо да Винчи «Тайная вечеря» направления ладоней персонажей означают указания на положение нот на зашифрованном нотном стане. И заказал композитору соответственную музыку. В 2008 году Гринуэй организовал в Милане световое шоу, спроецированное на фреску Леонардо да Винчи «Тайная вечеря». Эту видеозапись он нам и продемонстрировал. Так вот, вокализ там красивый. В духе музыки барокко, но с нервом конца ХХ столетия. Композитора назвать затрудняюсь (в Инете не обнаружила), но обычно с Гринуэем работал «необарочный» Майк Найман. Кстати, покойный Сергей Курехин умел — не хуже...
Что занятно: «мульмедийная композиция» Гринуэя была повторена в Нью-Йоркском «Арсенале» (Armory) на Парк-авеню с 3 декабря по 6 января 2011 года. Сей проект назывался: «Дублируя да Винчи: искусство клонирования шедевра».
И ВОТ ЖЕ ИНТЕРЕСНО, чувствует ли мэтр главный парадокс своего учения? Невиданные возможности информационных технологий — в ситуации невиданной информационной усталости! Когда «уже все сказано». Когда художник обречен, в лучшем случае, посредством шоковой терапии обращать нас к старым, простым, фундаментальным истинам — как делает это... ну, Дэвид Линч, например. В худшем — творец приговорен к «римейкам, дублированию и клонированию». Вынужден апеллировать к пластам культуры: к оригинальным произведениям. Постмодернистские штучки, братцы.
Подумайте: Феллини был оригинальным гением, не затрудняющим себя обращением к «культурным ценностям» (и это — в Италии!), за что его поклевывали критики как «провинциала». Он не паразитировал на культуре. Ему и так было что сказать.
...Благодаря информационным технологиям, радостно прогнозирует Гринуэй, все смогут создавать искусство: рисовать, писать, петь, снимать. Ну, может, не на олимпийских высотах, зато — повальное приобщение к созиданию культуры! Вот-вот, Лев Толстой высказывал подобные ожидания в трактате «Что такое искусство». Восторгайтесь, мэтр Гринуэй... покуда распоясавшаяся самоуверенная графомания и вас не смела с корабля современности: Толстой уже не в чести!..
В ЗАЛЕ Летней киношколы возник-таки молодежный переполох. На маэстро Гринуэя стали «наезжать», пытались уточнять и спорить. Но западный мэтр, проживающий в толерантном Амстердаме, отмазки лепил плотные. Не согласен? Тоталитарное мышление!..
Кстати: ныне Гринуэй будет проводить кастинг в Москве и Санкт-Петербурге — приступает к съемкам полистилистического фильма «Эйзенштейн в Гуанахуато». С гомосексуальной лав-стори.
И — ура: Бенуа Делепин и Гюстав де Керверн, режиссеры фильма «Революция» («Le Grand Soir»), просмотренного нами в конкурсной программе пару дней спустя, осуществили, можно сказать, мечту Гринуэя об идеальном кино: додумались взглянуть на мир посредством системы видеонаблюдения супермаркета. Вот вам отображение неинсценированной и неформатированной действительности, развивающейся во времени и с обзором на все 360 градусов!..
Тина Арсеньева. Фото автора.