|
|
   |
Это девиз выставки «Город-сказка», открывшейся 18 мая в арт-кафе «Сальери» (ул. Ланжероновская, 14). Арт-директор и куратор экспозиции — Маргарита Сюй.
Их восемь, разных по почерку художников: Геннадий Верещагин, Святослав Горбенко, Полина Зиновеева, Вероника Котелева-Тома, Наталья Лоза, Ольга Разинкина, Виктория и Вадим Целоусовы.
Среди них есть «матерые зубры»: вряд ли приходится представлять одесситам виртуозного мастера цветного офорта Геннадия Верещагина, умудрившегося превратить тиражную гравюру в некий синтез академической живописи и ювелирного искусства. Первое — от богатства и сложности цвета, второе — от изысканно-тонких проработок формы. Излюбленный мотив — городской пейзаж, но не урбанистический, а патриархально-старинный, зеленый, интимный: старая Одесса. А какая точная передача световых эффектов! Особенно, как можно подметить по колористической гамме, любо художнику предвечернее, кроткое состояние природы, мягко льющийся, всеобъемлющий золотистый свет, рождающий глубокие, загадочные тени.
Интересно наблюдать и устойчивую традицию, которой художник хранит верность, и его эволюцию, если таковая наблюдается, его внезапные сломы индивидуальной манеры. Так, Ольга Разинкина, ранее раскатывавшая мироздание на систему цветных взаимодействующих плоскостей, теперь сбивает мир в мощные, весомые объемы. Это, говорят, у нее — от творческой дружбы с Натальей Лозой: родилось, видимо, желание попробовать природу на зуб, на запах, на вес. Результат — интересные пробы реалистического городского пейзажа с фиксацией особенностей конкретного освещения: сам свет приобрел вес, подчеркивая форму предметов.
У Натальи Лозы в предметной конкретике — лирика, явственно выраженное, посредством усиленного цвета, эмоциональное отношение. Мотивы — ностальгические: дворовые галерейки с бельем, крылечки, аркады, виноград, поднимающийся по стене.
Вика Целоусова — по обыкновению, беззаветный экспериментатор, художник «горячего сердца», порывистый, экспрессивный. Очень выразительна ее композиция «Маяк в бурю», где Воронцовский маяк незыблем над водяной горой, настоящим цунами. А вот муж ее Вадим в своих композициях строг, изыскан, интеллектуален... хотя уверяет, что вот, есть же у них с Викторией нечто общее в методе! Какие-то тонкие взаимные эманации, не иначе.
И как же без Одесской оперы: будь тут не восемь, а тридцать шесть живописцев, так имели бы мы нечто вроде «36 видов Фудзи». Как только не исхитрились Н. Лоза, В. Целоусов, П. Зиновеева, О. Разинкина, подавая здание театра в разных ракурсах и при разных освещениях, объемно трактуя его так и эдак. Сколько пар глаз — столько образов «одесской жемчужины».
Святослав Горбенко (как многие в Одессе, живописец «династический») работает свои городские мотивы в филигранной академической манере. Вероника Котелева-Тома — напротив, обобщенно, размашисто. В общем, тут тот случай, как говорила толстовская героиня: сколько сердец, столько родов любви... в данном случае — к городу.
Валентина Василенко