|
|
   |
В Международный день театра, 27 марта, подарок получили... журналисты: в Национальном академическом театре оперы и балета они побеседовали с великим танцором ХХ века, народным артистом СССР Владимиром Васильевым. Он посетил наш город, в котором не был четверть века, в рамках подготовки Odessaopera International Arts Festival, который пройдет с 1 по 6 июня. Творческий вечер Владимира Васильева «И жизнь, и сцена, и судьба», запланированный в фестивальной программе, посвящен памяти легендарной балерины Екатерины Максимовой. Состоялась пресс-конференция, посвященная Международному фестивалю искусств в Одесской опере.
Владимир Викторович Васильев — блистательный исполнитель ведущих партий классического и современного балета в Большом театре: Базиль в «Дон Кихоте» Минкуса, Петрушка (Стравинского), Щелкунчик (Чайковского), Спартак (Хачатуряна) в одноименных балетах, Ромео в «Ромео и Джульетте» Прокофьева, принц Дезире в «Спящей красавице» Чайковского. Хореограф, педагог, профессор, академик, международный общественный деятель, Васильев является председателем жюри и почетным президентом конкурса «Танц Олимп» в Берлине, организованного десять лет назад нашим земляком, директором Европейской компании культурных проектов «PraBes Time Productions Berlin» Алексеем Бессмертным, который также принял участие в пресс-конференции как соорганизатор фестиваля.
Международный фестиваль искусств в Одесской опере готовится при поддержке Министерства культуры Украины, Одесской облгосадминистрации, губернатора Эдуарда Матвийчука, международного партнера театра АО «Пласке». С мероприятиями фестиваля вас ознакомят наши анонсы.
«Сегодня особый день, — сказал наш замечательный гость, — и на сценах должно предстать самое лучшее. На днях я разговаривал с Ириной Антоновой, которой 20 марта исполнилось 90 лет (Ирина Александровна Антонова — искусствовед, с 1961 года — директор Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина в Москве, ред.). «Чтобы человек отличал хорошее от дурного, — сказала мне она, — его с детства нужно ориентировать на вершины творческого гения». Именно так: чтобы карабкался! Потому что высочайшая вершина — недостижима».
Вот какими размышлениями о современном искусстве поделился Владимир Васильев:
— Только и слышно: «О, Метрополитен! А, Ла Скала! Ах, Большой!..» — но в последнее время это больше — о зданиях. Я не припомню в последнее время там ничего такого, от чего бы перехватило дыхание и забилось сердце. И вам я желаю, чтобы в этом вашем великолепном здании появилась и задышала душа на сцене, и чтобы дыхание было свежим. Ведь здания появились задолго до нас.
Кто-то из молодых попросил великого артиста дать формулу успеха.
— Когда мне говорят о формуле, — ответил Васильев, — чего бы то ни было: успеха, любви, супружества, творчества... Господи! Да если бы мы с вами нашли эту формулу, да применили бы к делу, вот бы зажили! Идеала мы не достигнем.
Мне так приятно встречать, например, участников конкурса «Танц Олимп» в разных театрах! «Вы меня не помните? А вы мне вручали премию!» — это дорогого стоит. На этот конкурс приезжают теперь 600 человек со всего мира, опыт распространяется до стран Латинской Америки.
Но... сейчас во всем мире упадок. Мужчины плохо идут в академическое искусство. То, что я вижу на сцене сегодня, чаще всего вызывает раздражение. Думаю: неужели я потратил жизнь на то, чтобы все так выродилось?! Форма забила все и вся. Содержание ушло. Осталось лишь «я так хочу, я так вижу». Интимное переросло в демонстрацию, все стало невыносимо громким: «дал Бог голос дураку». Где соединение чувства и мысли в сценическом образе? Где полутона? Увы. Вопрос: зачем вы вышли на сцену? Когда человек выходит на сцену, он интересен, если сам становится автором: я не вижу за ним режиссера и уже задним числом соображаю, как все это сделано. Театр должен погрузить в атмосферу, заразить. Иначе я и дома могу диск поставить.
Сегодня оказалось, что все всё могут и имеют право: в балете танцевать, в цирке выступать, рисовать, ставить, петь, писать. Средний уровень поэтому выработан безусловный. Но количество пошло в обратную пропорцию качеству. Высшие проявления — потеряны. Где — вершины?! То же и в юморе: глупость и пошлость. Но страшнее всего то, что все это подкармливается. Когда-то у нас что-то было под запретом. Сегодня чувство открытия уже сошло на нет. Форма меняется бесконечно, а на поверку в ней — все те же штампы.
И что интересно: если сейчас цены на билеты небольшие, публика не идет. А поставь тыщи полторы долларов за билет — повалит: «А знаешь, где я был?!». Государства же во всем мире урезают финансирование культуры, и закрываются значительные театры, распадаются коллективы.
И все же публику воспитываем мы. Уж какую воспитали, такая и будет. Хуже, когда люди дают огромные деньги на то, в чем сами плохо разбираются. Это проблема неразрешимая. Но многое зависит от нас, артистов. Любовь: вот в творчестве то, без чего не создашь ничего ценного. Влюбленные, широко открытые глаза увлеченного человека, который хочет поделиться счастьем с окружающими! Мы, артисты, делимся со зрителем. Мы любим душу того, кого изображаем на сцене. Художник и во тьме видит блестки света.
Записала Валентина Левчук