|
|
   |
В зале ССМШ имени Столярского 14 марта состоялся концерт, который устроители назвали «Три юбилея». Тридцать лет ансамблю «Гармонии мира», 65 лет — организатору и душе ансамбля Сергею Шольцу. И 60 лет композитору Михаилу Броннеру, москвичу, музыку которого эти одесситы постоянно играют.
В сущности, это и был авторский юбилейный концерт композитора М. Броннера: в зале присутствовал юбиляр, который выходил на сцену, благодарил исполнителей, раскланивался в ответ на аплодисменты.
В зале было много музыкантов, в том числе и композиторов. Прекрасные лица, просвещённая публика. Знатоки, способные заметить любую тонкость, отреагировать на любой нюанс. Да и акустика в этом зале всё же лучше, чем в нашей филармонии, что для современной музыки, с её игрой тембрами, вниманием к характеру звука, немаловажно.
Сама атмосфера концерта была тёплой, как бы домашней. Никаких «ведущих». И ни одной телекамеры!.. Зато была любовно подготовленная программка — и в ней вся история ансамбля «Гармонии мира». Сергей Шольц в ней признаётся в любви к музыкантам, которые сотрудничали с ансамблем в разные годы, в том числе и к тем, кто, увы, уже ушёл из жизни.
Название ансамбля не следует путать с названием известной радиостанции. Оно звучит как пароль для всех, кого интересует современная музыка, трудная и для исполнителей, и для слушателей. Квартет легко преобразовывается в квинтет и так далее, включая в себя фортепиано, флейту, контрабас, кларнет, даже тубу. Прекрасные музыканты осуществили более 150 премьер современной музыки, выступали во многих странах мира.
Михаил Броннер — композитор замечательный, лауреат премии имени Д. Шостаковича, вручаемой союзом композиторов России. В программе юбилейного концерта он постарался показать разные стороны своего блестящего дарования. Я отметил для себя использование неожиданных инструментов, например, домры. Домра лауреата международного конкурса Ирины Форманюк звучала очень лихо, наступательно и вместе с фортепиано Татьяны Кравченко создавала авангардный звуковой напор — прямо-таки для фестиваля «Два дня и две ночи новой музыки». Ещё более неожиданным было участие солирующих тубы (Виктор Самойленко) и скрипки (Наталья Литвинова) в сопровождении струнного квинтета, в исполнении цикла «Восемь еврейских песен».
Поначалу мне это показалось даже немного комичным — представьте себе, что нежнейшему голосу птички вторит огромный дрессированный слон. Но «слон» пел и нежнейшие мелодии. Кстати сказать, Броннеру совершенно не присущи стилизация и обработка известных мелодий: все мелодии — его. Он мелодист — что в современной музыке большая редкость. Нужно вслушаться в мелодии из открывавшей концертную программу «Лестницы Иакова» для струнного квартета. Вот Ангел любви. А вот Ангел печали. О чём бы ни пели ангелы — «точки покоя» в их пении нет. Есть тревога. Есть неостановимое движение.
Музыка Броннера вообще мятущаяся, порывистая. Она волнует, но при попытке однозначно определить характер эмоции вдруг испытываешь затруднение. Многие произведения автора связаны с еврейской темой, и в них много насыщенной печалью лирики. Но, слушая, испытываешь чувства куда более сложные, и не так просто в них разобраться. Вот «Музыка местечка» для кларнета, струнного квартета и фортепиано. Произведение написано по просьбе кларнетиста Ашрафа Аттала, египтянина, долго жившего в Одессе и прилетевшего на концерт из США. Пересказать музыку, разумеется, нельзя, тут важна атмосфера, интонации. В какой-то момент кажется, что играет маленький оркестрик, и если это — веселье, то какое-то душераздирающее, эти танцевальные ритмы — на пределе отчаяния. А завершается всё... как бы шутливой музыкальной фразой.
И вдруг я соображаю: «этого местечка» больше нет. Призрак местечка. И «призрак музыки». Вот что меня мучило: ощущение призрачности. Эта музыка — даже не вспоминание о том, что было. Она звучит над бездной. Эта бездна — не только уничтоженное местечко, но и вся наша современная жизнь. Вот музыка мира, утратившего свои основания. Ей не на что опереться, кроме как на саму себя, на силу самоконструирования.
«Танго (еврейское счастье)», для скрипки и фортепиано. Наталья Литвинова и Татьяна Кравченко. Как легко было бы написать стильную, красивую вещь, популярный эстрадный номер. Тем паче, что есть популярнейшие танго Астора Пьяццоллы. Но и это, как я вдруг понимаю, танец над пустотой. Неукорененность человеческого существования. Тревога, дисгармония, противоречивое сочетание нежности и брутальности. «Ave Maria» для виолончели Сергея Шольца и баяна Владимира Мурзы. Медитативная музыка, какой-то не сразу понятный философский разговор двоих, не очень весёлый.
К тому, что Броннер не склонен к стилизациям, следует добавить, что он не позволяет себе и никакой «теплодушевности», сентиментальности. Равно как и никакой салонной красивости. Никак не идёт навстречу «пожеланиям трудящихся». Похоже, он прав.
Остается поздравить юбиляров. И пожелать... чего? Может быть — дожить до счастливых времён, до музыки, которая обретет утраченную гармонию? Но это, пожалуй, утопия.
Илья Рейдерман