|
|
   |
Репертуар «Театра на Чайной» (Карантинная, 21/1) пополнился постановкой пьесы «За закрытыми дверями» Жана-Поля Сартра. Само по себе знаковое событие — эта пьеса обошла подмостки всего мира, стала знаменем экзистенциалистской драматургии и прославилась благодаря реплике-афоризму главного героя: «Ад — это другие».
В маленьком зальчике «Театра на Чайной» оказалось, что постановщиками убрано начало пьесы и персонаж Коридорный, а диваны для каждого героя из экономии места заменены стульями, но ни смысл, ни зрелищность от этого не пострадали.
Из первоначальной полутьмы, словно из рембрандтовского коричневого фона, перед зрителями возникают трое: растерянный молодой мужчина и две эффектные девушки. Одна из них подчеркнуто женственна (водопад локонов, кокетливая сумочка, меховая пелеринка и сюсюкающий голосок). Другая — в совершенно ином стиле: белокурая бестия в брючном костюме, голос низкий, движения кошачьи, фигура идеальная. Постепенно из реплик выясняется, что дело происходит на том свете, своей предыдущей жизнью каждый из персонажей заслужил быть помещенным в ад, тем и кончилось. Вот только этот ад — на самообслуживании. Зачем утруждать чертей, греть сковородки, когда «ад — это другие», помести троих грешников в запертую комнату, и они сами замучают друг друга!
Поначалу Гарсэн держится вполне галантно: «Извините, я не подхожу для компании порядочных покойников». А прелестная Эстель воркует в ответ: «О, сударь, не могли бы вы избегать этого ужасного слова. Оно... оно действует на нервы. И вообще, что оно означает? Может, мы никогда не чувствовали себя такими живыми. Если уж так необходимо называть как-нибудь это... это состояние, я предлагаю звать нас «отсутствующими». Это звучит мягче». И неизвестно, сколько бы тянулась эта патока, если бы не третья обитательница комнаты, Инэс, которая вытаскивает наружу все комплексы и вины сокамерников — с криком, надрывом и чуть ли не дракой. Она претендует на то, чтобы оказаться в центре внимания, и в конечном итоге ей это удается. А в финале, когда распахнется дверь и оттуда ударит сноп света, герои не останутся в своем аду добровольно (так в пьесе), а выйдут навстречу неизвестности... Потому что в страшном «другом» можно обрести не только палача, но и друга, не погибель, но спасение — в это, очевидно, верят авторы спектакля, и зрителям в зале грех не поверить.
Исполнительница роли Инэс Татьяна Цявкун окончила Харьковскую академию культуры, Марина Кузьменко (Эстель) — киевское театральное училище, Артем Погосян, режиссер спектакля и одновременно исполнитель роли Гарсэна, профессионал одновременно ереванской и киевской школ. Десять лет мечтал осуществить постановку по Сартру и получил эту возможность в «Театре на Чайной». Главное — всех их объединил искренний интерес к материалу, горячее желание работать вместе, а общие устремления помогают преодолеть разницу в степени подготовки, это один из театральных феноменов.
— У Артема постоянно появляются новые идеи, эксперименты со светом и звуком, в которых очень помогает невидимый боец видимого фронта, звукорежиссер Евгения Егорова, — говорит Таня Цявкун. — Увертюру к спектаклю, изначальную мелодию к песне «В переулке Блан-Марто» написал Игорь Вотяков. Материал сложный, глубокий, но стараемся донести до зрителя задуманный автором смысл.
— Ад — это мы, — заявляет Артем Погосян. — Есть легенда, которая гласит: путь Будды начался с того, что он миллионы лет назад, будучи в аду, воззвал с просьбой мучить его, но не других. Я хотел, чтобы в конце моего спектакля у героев появилось сострадание друг к другу, а это чувство неожиданно для меня самого указало им выход...
Остается добавить, что увидеть спектакль «За закрытыми дверями» в ближайшее время можно 9 и 25 марта.
Мария Гудыма