|
|
   |
Продолжаются обсуждения экспозиции «Зона жизни» в Музее современного искусства Одессы. Вторая Одесская биеннале современного искусства предполагала с самого начала, что выставочные залы станут еще и зоной проведения дискуссий. Сегодня любители «поговорить за искусство» собрались в зале концептуалистов, обозначенном организаторами так: «Черноморка. Зеленый заповедник 80-х. Здесь все застыло в ожидании и боязни изменений. Одесские концептуалисты — в постоянном «поиске институции», в ожидании понимания. Непрерывная и замкнутая на себя игра разума. Вечная альтернатива буйным ассоциациям и заимствованиям».
Модератор беседы — одесский художник Мирослав Кульчицкий. Его работа «Большие Они» помещена на одной из стен зала. Это ряд фотографий, на которых нарочито любительским способом запечатлены проблемные участки города. К каждому снимку — подходящая по смыслу этикетка: «Понастроили», «Намусорили», «Развалили», «Налепили», «Ободрали», «Понарожали» и так далее.
В центре зала видим пустой постамент. Это работа гуру концептуализма Сергея Ануфриева под названием «Шапка-невидимка». И поди разберись, на месте экспонат или его давно украли, как того Караваджо. Остроумно? Еще бы!
— Какое-то время назад, когда куратор биеннале Стас Жалобнюк собирал людей, у нас был с ним интересный разговор: кто искренен, а кто предлагает зрителям, грубо говоря, «голого короля»? — обостряет проблему директор МСИО Семен Кантор. — Этот вопрос можно адресовать любому направлению в искусстве, везде есть свои «голые короли».
— Я разделяю понятия «концептуализм» и «концептуальное искусство», — уточняет Мирослав Кульчицкий. — Исторически оформленное направление «концептуализм» связано с именами Йожефа Кошута, группы «Art & Landuage», в СССР — с именами Кабакова, Монастырского, Пригова. В Одессе 80-90-х также сложился свой круг концептуалистов — Войцехов, Чацкин, Лейдерман, Ануфриев... Тут мы говорим об устоявшемся, о части искусства. Искусство всегда говорит нам, кто мы есть на этом свете, говорит на художественном языке, и языки эти могут быть разные. Либо это обращение к существенным смыслам, либо нет. Сергей Ануфриев — художник, для которого лингвистический план всегда был важен. Тема проговаривания, забалтывания, изучение механистической речи — это часть его художественного образа, часть его искусства. «Шапка-невидимка» — языковой парадокс, как и картина Войцехова «Жидкость для смывки воды», тоже присутствующая в экспозиции «Зона жизни»
Как выяснилось, Мирослав по-своему понимает роль художника в жизни общества, ему нисколько не мила перспектива поселиться в башне из слоновой кости. По его мнению, художник — фигура служения, а искусство — не сфера авторского произвола. Правда, многие коллеги с ним не соглашаются. Впрочем, они и не обязаны соглашаться...
Практика проведения дискуссий музейщикам так понравилась, что они намерены ее продолжать и после окончания работы биеннале. Присоединяйтесь!
София Левкович. Фото Олега Владимирского