|
|
   |
«Погаси ссору, пока не разгорелась она», — советовал еще библейский Соломон. Уж если образовалась конфликтная коллизия, очень важно, как поведут себя спорящие стороны: будут ли дискутировать о предмете или, что называется, перейдут на личности...
В ДАННОМ случае претензии шли от родителей: из Одесской детской хореографической школы вдруг уволилась педагог, в которой дети души не чаяли. Якобы не поладила с директором. И якобы (цитирую) «неудобному для него преподавателю директор сказал: «Вам что-то не нравится — увольняйтесь!». Обратившись в редакцию, молодые мамы изложили в письме конкретные претензии. На отделении бально-спортивного танца, где занимаются их дети, отсутствует преподавание программно обязательных предметов: истории хореографии, актерского мастерства, общего фортепиано. Не был должным образом подготовлен к 1 сентября танцзал. Требует ремонта туалет. В общем, отделение бальных танцев «директору неинтересно». Оттого и уволилась педагог, что «поднимала вопросы».
Было в письме и такое: пожилого педагога академического танца, которую «поставили» на отделение с октября нового учебного года, родители обвинили в... рукоприкладстве и бестактных репликах в адрес учеников.
Письмо, поданное в нашу газету и в управление культуры горисполкома, подписали 17 человек — фамилии, адреса, телефоны, никто ни от кого ничего не скрыл. Оставалось... ждать «реагирования». Бурного, как бывает в таких случаях. Забегая вперед, процитирую отзыв начальника горуправления культуры Р.И. Бродавко: «Что здесь хорошо — обе стороны вступили в конфликт с открытым забралом, без интриг, без наушничества».
Директор и художественный руководитель хореографической школы Анатолий Николаевич Литвиненко (заслуженный работник культуры Украины, педагог-методист высшей квалификации, вице-президент Академии современного искусства, находящейся в подчинении НАН Украины) при нашей встрече выглядел, скорее, обескураженно-смущенным: «Но ведь это отделение, бально-спортивного танца, мною было двенадцать лет назад именно под нее, под Любашу Субареву, создано, и разве я хотел, чтобы она уходила!..».
...СУБАРЕВА Любовь Михайловна, выпускница Одесского (Южноукраинского) педуниверситета имени Ушинского, преподаватель бально-спортивного танца, работала в школе на полторы ставки, всегда с наполненными группами. Отделение, созданное (и это подтверждают в горуправлении культуры) специально «под Субареву», единственное в Украине: ни одна из шести детских специальных хореографических школ страны не имеет такого. «Знакомы не вчера, — отозвался о педагоге Роман Исаакович Бродавко, — любим ее, настаивали бы на возвращении. Принимаю претензии родителей: наладим контроль и за вычиткой учебных часов, и за проведением занятий педагогами. И я нисколько не сомневаюсь, что директор школы добросовестно исправит ситуацию. Сложность в том, что в городе вообще лишь два-три серьезных специалиста, преподающих бальные танцы. Субарева — это личность».
Дети привязываются, как правило, не к учебному предмету, а к личности. Особенно — дети артистического склада. Отсутствие «привычного» педагога катастрофе подобно. Сбой в занятиях обеспечен, и будь заменяющий преподаватель золотая душа, — дети надолго становятся трудноуправляемыми. С нашими же юными «бальниками» вышло, куда ни кинь... Субарева подыскала себе замену — лучшего своего ученика, талантливого 19-летнего Стаса Рябинина. И если молодым мамам пришлось не по душе то обстоятельство, что классическую хореографию преподает пожилой человек, бывшая балерина (а у солисток балета, заметим однако, календарный возраст отнюдь не совпадает с биологическим), то тут... педагог оказался слишком юным! Родительские оценки разбежались от «Прекрасно!» до «Ужасно!..». Что же «ужасно»? Да попросту для девчонок в этом возрасте хорошенький 19-летний парень — кто и что угодно, но не педагог! Особенно если еще вчера видели его таким же школяром, как сами. А парень, скорее всего, стесняется одернуть не в меру резвящихся тинейджерок.
И мамы упорно и ревниво сравнивают нового педагога с любимицей их детей. «Я звонил Любови Михайловне буквально на днях, — хватается за голову директор школы, — возвращайся, говорил, ты же отделение свое опустошила!..».
КАК ПРОХОДИЛИ диалоги между директором и учительницей, кто в чем, быть может, погорячился, какие «рабочие моменты» были переведены в личностный аспект (а директор и его подчиненная, между прочим, давно дружили домами), — конечно, не доискаться. У меня сложилось впечатление, что Любовь Михайловна теперь и сама жалеет, что хлопнула дверью, хотя, возможно, до каких-то мелких стычек между нею и директором и дошло. И, честно говоря, мне не кажется, что нужно особенно пенять на письменные жалобы родителей, потому что «вынос сора из избы» все-таки заставил участников конфликта кое-что пересмотреть в себе, в своих отношениях с детьми и между собою, да и в учебных методиках. И если вы считаете, что «газетчики любят скандалы», то скажу: отрадно было видеть, что абсолютно все участники кофликта повели себя «на миру» в высшей степени корректно и конструктивно. В назидание нашей творческой среде Одесская детская хореографическая школа показала, как в конфликтной ситуации не потерять лицо и благородно найти компромисс.
С Любовью Михайловной, которая привязана сейчас к дому, а именно — к двум внучатам, 4 и 8 месяцев от роду, я переговорила по телефону. Еще молодая бабушка, что называется, ушла в декрет: обе дочери почти одновременно родили. Супруг — в плаваниях, муж одной из дочерей — тоже. «Нужен тайм-аут, — сказала мне любимица детворы, — не высыпаюсь! А работа «ногами», плюс постановки танцев, — это ведь непросто. Нет ничьей вины, что так сложилось. Мне как педагогу, конечно, хотелось бы больше директорского внимания к моему отделению... хотя понимаю, что я у директора не одна. Я обдумала свои «обиды» и мысленно поставила себя на место директора. Обиды не стоят нашего общего дела!».
ПРИЧИНУ ВОЗНИКШИХ между нею и директором трений Любовь Михайловна отчасти сама же мне объяснила. Многие дети по окончании спецшколы идут в педуниверситет, а там на музыкальном факультете требуются знание классической хореографии, навыки игры на фортепиано. Претензии, собственно, прозвучали также из горуправления культуры: в апреле нынешнего года, проходя аттестацию министерского уровня, какая бывает раз в десять лет, Одесская детская хореографическая школа оказалась аттестована условно. Виною тому, как пояснили мне в горуправлении, стала, главным образом, кадровая недоукомплектованность. «Это общеукраинская тенденция, — пояснили в управлении, — профессия утратила престиж! В Одессе же, где театр оперы и балета более десяти лет был на реставрации, разрушена преемственность, столь значимая в балете. Многие специальные танцевальные дисциплины оказались заморожены». Так вот, Любовь Субарева, выслушивая претензии родителей, помноженные на претензию управления культуры, обратилась в управление за разъяснениями, — таким образом вышло, что педагог невольно «проверила» своего директора...
Анатолий Николаевич Литвиненко дал мне такой расклад методического «сыр-бора». При всей гибкости современных учебных программм для школ искусств, при всей маневренности для директоров, существует лимит учебных часов. Когда 12 лет назад Литвиненко рискнул создать никем не предусмотренное отделение бально-спортивного танца, часы эти, танцевальные, числом 45, следовало «отщипнуть» от других предметов. Учредили их за счет сценической практики. В 2002 году Минкультуры «спустило» новый учебный план, в котором сценическая практика уже не предусматривалась, — пришлось изымать часы из тех дисциплин, на отсутствие которых теперь жалуются родители. Директор решил поначалу, что для «бальников» эти дисциплины не обязательны: бальный танец — он вроде хобби, это классический, академический — потенциальная профессия.
Но к нынешнему учебному году Литвиненко создал новый учебный план с учетом отделения бально-спортивного танца. Плюс новые учебные программы, в сотрудничестве с другими педагогами. Эта методическая разработка только что утверждена в Киеве и будет рекомендована как общеукраинская. «Бальники» станут в обязательном порядке изучать общее фортепиано, дуэтный танец, историю хореографии, которую, кстати, будет вести директор школы.
РОДИТЕЛИ и учителя во главе с директором высказали каждый свою позицию на родительском собрании. Тон собрания был весьма достойным. Хотя и сказывались эмоциональные попытки защиты педагогами «чести мундира», люди искренне пытались найти компромисс. Самое тревожное из прозвучавшего — обвинения в адрес пожилого педагога-балерины, весьма авторитетного преподавателя классического танца, имя которой, по понятным причинам, называть не буду. Высказано все это было открыто в присутствии начальника отдела музыкально-театрального искусства горуправления культуры Оксаны Книжник. Так что с этим и директору, и управлению придется деликатно разбираться...
...А Любовь Михайловна Субарева, давайте надеяться, в школу вернется. Вот только внуки на ноги встанут. Им, поди, тоже — танцевать.
Тина АРСЕНЬЕВА.