Слушая стихи участников турнира эротической поэзии, проводившегося в санатории «Белая Акация» в рамках 4-го всеукраинского фестиваля русской поэзии «Пушкинская осень в Одессе» (неутомимый организатор и руководитель всего — Олег Борушко), я, увы, не мог не думать о том, что культурная катастрофа произошла. И уже давно. Нам явлен всего лишь очередной акт той же драмы.
Есть же разница между высокой эротикой, которая связана с божественным Эросом, влекущим к красоте, — и влечением к тому, что попросту ниже пояса! Увы, разницы этой многие участники турнира уже не ведают. Они воспевают акт — во всех его видах и формах. Порой даже и однополый. И хотя на шезлонге полулежит муза поэта, та, которая, по идее, его вдохновляла, — звучат стихи о встречах с высокооплачиваемыми женщинами нелёгкой профессии.
Воспитанный человек, глядя на картину, не спутает голую женщину с обнажённой, нагой. Но ведь зрители, равно как и слушатели и читатели стихов, — воспитаны сегодняшней полупорнографической массовой культурой! «Голая» или «нагая»? Разница тут для них слишком тонка. Так же, как и разница между эротикой и порнографией. Собственно, для того, чтобы обратить внимание на этот грустный момент, характеризующий нас, сегодняшних, я и взялся за перо.
А действие-то происходит на фоне моря, в санатории «Белая акация». Перед нами очередная Муза — действительно дивной красоты девушка. Поэт шутит, что он объявил кастинг и выбрал самую-самую. Но подвёл, подвёл свою музу Евгений Голубенко! Нет, не могу цитировать… Скажу лишь, что одно из стихотворений красноречиво озаглавлено «М…т». Но этот автор хотя бы пишет о данном предмете красноречиво.
А вот перед нами парочка девиц (одна из них назвала себя Муз), которые иллюстрировали чтение стихов телодвижениями, внушавшими дурноту некоторым старомодным людям «традиционной ориентации». Кстати сказать, на долю этих девиц и выпал чуть ли не наибольший успех у публики!
По сравнению с ними поэт из Николаева Олег Духовный (фамилия-то какова!) — был воистину целомудренным: он положил на шезлонг плакат с изображением какой-то действительно красивой дивы. Да и стихи, умные и ироничные, имели отношение к поэзии.
Но, кажется, всех превзошёл в выдумке поэт Евгений Женолюбов, одессит. В строгом мужском костюме, в чёрной шляпе. А где же муза? Шляпа сброшена, светлые волосы разметались, перед нами очаровательная девушка! Это Ольга Ершова. Правда, получается, что любит она пока что одну лишь себя. Да и стихи могли бы быть получше. Но будь моя воля — именно ей дал бы я первое место. Или ещё одному одесситу, Евгению Мучнику, замечательному ироническому поэту, решившему выступить в новой для себя ипостаси. И сделавшему это тоже не без иронии! Но ещё и со вкусом, и с тактом.
О себе говорить — неловко. Но моя муза была самой красивой. На следующий день у неё был день рождения — такая досада, я уже не смогу похвастать перед ровесниками, что моей жене всего девятнадцать лет. За музу обидно! Ибо лучшая муза — должна была быть в тандеме с лучшим поэтом. Именно она меня вдохновила на «Гимны плоти». Заметьте, именно гимны. Нечто, написанное высоким слогом. Камертоном для меня были сонеты Шекспира.
…Победителя называть бы не следовало — из глубокого сочувствия к нему. Он так хорошо рассказывал, как он долго и трудно ехал из Германии, и всё не было автобуса (и немцы бывают непунктуальны?), он так трогательно любит и воспевает Одессу, хотя и не так хорошо, как хотелось бы. К тому же, мы с ним знакомы с незапамятных времён, и он мне дарил свои книги, которые я, открывая, тут же с досадой захлопывал. Пока голосовали и подсчитывали голоса, он достал из футляра гитару и непрерывно пел. Может, этим и взял публику. Потому что в этом турнире главными были голоса публики, а не жюри. Вообще-то сегодня поэт без гитары — это, считайте, совсем не поэт…
Газетная полоса, конечно, не место для эстетических деклараций. И всё же не могу под конец удержаться от некоторых полемических высказываний. Инфляция — обесценивание чего-то (поскольку этого чего-то становится «слишком много»). Разрушается иерархия ценностей, нет уже ни высокого, ни низкого. Инфляция поэзии — значит, место поэзии занимает стихотворная болтовня, графоманство, даже вполне профессиональное. Вроде стихи — а поэзия тут и не ночевала…
Высокое — не проходит! И настоящий поэт — если он не умеет «вертеться», рискует быть незамеченным, в лучшем случае остаться событием «местного масштаба». А если он вертеться «умеет», он рискует… перестать быть настоящим поэтом.
Один ответ
ОТВЕТ ИЛЬЕ РЕЙДЕРМАНУ ПО ПОВОДУ ИНФЛЯЦИИ ЭРОТИКИ
Илюша! Прежде всего поздравляю тебя с новой молодой женой. Это , наверно, приятно. Помню рассказ, в котором встречаются два знакомых и на вопрос одного — как его новая жена, второй отвечает:»Одно могу сказать — Молодая!!!»
Думаю, что в названии твоей статьи есть ошибка — ибо эротика это сама жизнь и она так многогранна по своей сути и по пониманию её, что никакая инфляция, как бы кто-то этого ни хотел и ни стремился навязать другим своё её понимание, не грозит.
О себе говорить неловко, но о себе говорить и думать , когда пишешь такую программную статью, нужно в первую очередь. Воспитанный человек, идя на турнир эротической поэзии прежде всего должен посмотреть на себя в зеркало в полный рост, особенно если он туда идет с молодой особой. В человеке, а в эротическом поэте должно быть всё безукоризненно. Ты этим похвастаться не можешь — ни лицом к своей музе ни лицом к зрителям, ни лицом к жюри, которое всё-таки было на этом турнире..
Ты кокетливо говоришь, что о себе говорить неловко, но всё-таки говоришь, когда хочешь расставить поэтов по своему усмотрению, оскорбляя этим зрителей и жюри, которые ( не нарушая положения о турнире) вынесли своё авторитетное решение. Ты хочешь спрятаться за спину Евгения Мучника и выглянуть на первое место из-за неё, и это видно невооружённым взглядом, ибо шито белыми нитками. Ты же в стремлении победить любым путем , читал во втором выходе не три стиха, а нахально , жалобно извинившись, весь свой архив, и это видели все и оценили как надо. Ты забыл что не всегда и не все средства хороши, и что ты не один в Одессе…
О том , что мы с тобой знакомы с незапамятных времён тоже чистая фальсификация. У меня в знакомых и друзьях были — спортсмены — мастера спорта, мои однокашники по школе и по институтам, мои сотрудники по заводам и НИИ, члены «Всемирного Клуба Одесситов», Студии юмора и сатиры «Резонанс» , «Литературной гостиной » Одесского Дома учёных. Может, я и видел тебя где-то на своих путях, но это был не мой фасон… Однажды я увидел тебя( с большим удивлением) в доме великого интеллигента Петра Петровича Мамонтова( царство ему небесное)… Тогда,может, я и подарил тебе какой-то свой сборник. То, что ты его закрыл, меня не удивляет и не огорчает. Ибо я раздал сотни своих сборников и к ним отношение бывало самое неожиданное. Ты в этом случае только один из вариантов… А поэтом можно быть и с гитарой, и без гитары, в том и в другом случае важнее всего быть прежде всего человеком.
Когда я прочитал в твоей статье абзац обо мне. Я улыбнулся и подумал, что человек и особенно индивидуум, претендующий на звание поэта, — познаётся в беде. У тебя случилась беда — ты не попал со своей музой в санаторий, ты в этот раз не стал королём.И нервишки у тебя сдали.Ты запсиховал, завизжал, и быстренько решил других, честно боровшихся на турнире вместе с тобой, вдогонку унизить, обгадить, опачкать под видом рассуждения о высокой эротике и поэзии…С каких пор ты стал так много на себя брать???
Хочу уточнить — я рассказывал о своей поездке после того, как мне вручили все грамоты. Я был весел и раскован в этот момент. Ты же хитренько хочешь представить дело таким образом, что ты проиграл из-за того, что я жаловался на трудности своей поездки. То же самое и с моим пением. Оно тоже не влияло ни на что, так как по просьбе организаторов я мог начать петь свои песни об Одессе только в перерыве, когда жюри со всеми бюллетенями удалится на совещание. Ты говоришь, что я воспеваю Одессу не так хорошо, как хотелось. Надо уточнять — кому хотелось. Если тебе, пиши лучше и пой, мы послушаем. А, может, ты в этом случае выполняешь чей-то заказ?…На заключительном концерте я спел свою песню об Одессе, о Фестивале, о поэтах, и зал её очень хорошо принял. Пел я её по просьбе уважаемого Олега Борушко. Допускаю, что тебе она могла не понравиться, так как написал её не ты а я.
Я думаю, что инфляция происходит совсем в другом. Думаю, что результатом этой инфляции является то, что такая статья вообще может иметь место.
А поэт- должен вертеться. Он должен писать стихи, должен стремиться их издать, должен их пропагандировать, нести в люди всеми возможными порядочными средствами, поэта должна знать широкая аудитория, знать его и его стихи и песни, иначе он рискует быть незамеченным.Бывают конечно и исключения. Но это редчайшие случаи. И ещё — поэт должен уважать другого поэта и уметь держать удар судьбы… Зла я на тебя не держу.
«ОДЕССА В НАС И ЭТО — БЕСКОНЕЧНО!!!»
С УВАЖЕНИЕМ И ЛЮБОВЬЮ К ОДЕССЕ И К ОДЕССИТАМ Владимир Рывкин из Эрлангена
( АБАБА ТОМ) — Абсолютный победитель 1-го ТУРНИРА ЭРОТИЧЕСКОЙ ПОЭЗИИ 4-го ВСЕУКРАИНСКОГО ФЕСТИВАЛЯ РУССКОЙ ПОЭЗИИ 2011 в Одессе.
P.S.
Мне показалось, что победителя следовало бы назвать, что я в конце и сделал.
А Муза моя — прекрасная Юля Колина. Она опередила ближайшую музу на 22 очка или балла.