Ни с чем не сравнима благоухающая южная степь. На склонах небольших холмов раскинулись виноградники. Извилистые грунтовые дороги вдоль щедрых нив ведут к здешним селам. На пригорках то здесь, то там благоденствуют отары овец, маячат одинокие фигуры чабанов. Встречая гостя, тарутинцы непременно подчеркнут: «Наша земля — край солнечных гроздьев и брынзы…».
Когда в 1946 году, сразу после войны, Совет народных комиссаров Украины принял постановление, предписав Измаильскому облисполкому передать большую территорию Одесскому военному округу под полигон, сокрушаясь, люди понимали: родине необходимы надежные оборонительные рубежи. В годы независимости Украины началась реорганизация Вооруженных Сил, а попросту — их сокращение. Потребность в Тарутинском артиллерийском полигоне отпала. Последние стрельбы здесь отзвучали два десятилетия назад.
Но до сих пор не урегулирована проблема с объектом. Военное ведомство цепко держится за эти земли. Между тем, местные громады требуют решить вопрос в свою пользу. Ведь не должны бесценные угодья «гулять», разбазариваться.
Региональное руководство неоднократно обращалось в центральные органы власти за содействием. По его мнению, площади должны быть введены в активный оборот, это даст возможность создать новые агропроизводства, рабочие места, развить инфраструктуру. Пример — возрожденное предпринимателем Александром Палариевым село Фрумушика-Нова, о котором неоднократно писала наша газета. Именно Кабинет Министров Украины, которому принадлежит исключительное право распоряжаться землями бывшего полигона, должен принять решение во имя блага людей и здравого смысла.
На днях появилось сообщение прокуратуры Южного региона Украины по надзору за соблюдением законов в военной сфере о начале уголовного производства по факту злоупотребления служебными полномочиями должностных лиц Тарутинской райгосадминистрации, которые в 2005 году в нарушение закона вывели 24,7 тысячи га земель Министерства обороны и перевели их в земли запаса Великодолинского и Красненского сельсоветов. Нарушения, безусловно, есть, тем более, что часть земель передали во владение родственникам руководства тогдашней райгосадминистрации. Но возникает закономерный вопрос: почему это было сделано не «по горячим следам», а спустя только семь лет? Видимо, военное ведомство не собирается так просто отдавать земли, начиная судебную тяжбу. Вот только зачем ему пастбища, которые так необходимы селянам?