|
|
   |
«Ага: Испания — это коррида и фламенко», — так подшучивает над нашими представлениями мой испанский родственник. А и в самом деле: что она такое — коррида?..
«Таурос» — по-гречески «бык», «махе» — «бой». Тавромахия, бой с быком... или, по-испански, коррида: «бег». А чувствительные завсегдатаи Фейсбука тиражируют снимок: льющий покаянные слезы тореадор клянется, что больше никогда-никогда...
Не будьте столь доверчивы. Это правда: в Испании «зеленые» дебатируют запрет корриды. Но Испания в целом пока что говорит борцам за права животных «но пасаран». В автономной области Каталония парламентский запрет корриды с 2012 года вошел в силу. Но противникам корриды в стране противостоит приверженность ее населения традициям. Обычай в Испании поистине «деспот меж людей». Благодаря консерватизму испанцев их страна мало подверглась глобализации. Она, как, пожалуй, никакая другая в Европе, хранит своеобразие исторического облика и привычек. В том числе корриду.
На памяти испанских телезрителей репортажный кадр десятилетней давности: крупный план рыдающего матадора, которому стало жалко добивать быка. Почему стало жалко? Бык оказался настолько достойным противником, что во время боя стало возможным в быка влюбиться, всем существом прочувствовав его благородный бойцовский характер «торо браво». Фанаты корриды утверждают, что это дело обыкновенное — ситуационная влюбленность матадора, знатока быков, в своего смертельного визави. И что? Матадор тут же получил предупреждение от судейской коллегии. С формулировкой: «За жестокое обращение с животным». И исполнил над противником последний ритуал. Вполне рискуя, кстати, и своей шкурой. Доблесть матадора — даровать противнику легкую и быструю смерть.
Предупреждение означает ощутимый вычет из гонорара. В случае рецидива могут подвергнуть и дисквалификации. В жюри обязательно заседает ветеринар. Бой с быком регламентирован посекундно: превышение регламента влечет за собой санкции.
Мнение противников корриды таково: «Разные вещи: убивать ради пропитания — и убивать ради развлечения публики». Эти гуманисты интересовались ли всерьез — а как именно убивают «ради пропитания»?
Наши воздыхания, что-де всем хороша была бы Испания, кабы не коррида, испанец парирует убойно: «Но вы же мясо едите?». После чего большинству из нас честнее заткнуться. И уткнуться в тарелку с чулетоном: говяжьим стейком...
Их аргументацию я выслушивала не раз, причем от разных людей — практически в одних и тех же словах. «Сколько живет бычок? Год! Старше года — мясо жесткое. Из рождающихся в стаде бычков одного-двух оставляют на племя, остальных пускают на мясо. А сколько живет бык, предназначенный для корриды? Пять-восемь лет. Живет по-королевски: не в хлеву — на свободе в рощах. Чтобы вырос из него настоящий «торо браво»: «дикий бык», «храбрый бык». Он погибнет на арене как герой, под взволнованный оркестровый марш «паса добле», под аплодисменты и крики «оле!». У вас водится торо браво? Нет, только у нас. Со времен, учти, кроманьонцев».
Да, рожища у этого «торо» — это вам не колхозный Васька. Размашистые, крутые, острые рога — истинный лунный символ! Заглянем-ка одним глазком в глубины всечеловеческой памяти: в архетипы — «первообразы», коренящиеся в доисторическом бытии. Эти образы обоеполюсны. Луна: женский символ, — с лунным календарем связаны физиологические циклы женского организма. Беременная Луна полнолуния — и Луна-смерть: серп. Бык: одновременно символ производительной силы — и смерти. Вспомним мифы о борьбе с быком: подвиг Геракла и мистерии бога-спасителя Митры. Культ острова Крит: таврокатапсия — прыжки через голову быка, религиозный ритуал крито-минойской цивилизации (2700 — 1400 гг. до нашей эры!).
Вот что пишет об этом русский религиозный философ Дмитрий Мережковский: «В критских ваяниях и росписях, всюду — игры священных быков, «тавромахии»; бык в «летящем беге»... а над ним — акробат, «головоход» гомеровский, скачущий через спину быка, перелетающий... Лабиринт — стойло бога Быка, Минотавра. Лютым пожирателем человеческих жертв он будет потом, а в начале сам — жертва, небесный Телец, закланный от создания мира... Вот почему на всех святых местах Крита...— глиняные, каменные или настоящие бычьи рога..., «роги посвящения». Критские «роги посвящения» соответствуют бронзовым и каменным «лункам» — тоже рогам Небесного Тельца, двурогого месяца, — найденным в свайных постройках Швейцарии, Савойи, Нижней Австрии, Венгрии, Италии от конца Бронзового и начала Железного века».
Бык: по Мережковскому, «иероглиф Бога-Жертвы» в древнем сознании. Воля ваша, но я, насмотревшись поначалу боев с быками в телевизионных трансляциях — вот хотелось составить мнение! — а затем и попав однажды на корриду, на мадридской Пласа де Торос, сделала вывод о сугубо ритуальном характере этого шоу. И замечу: испанцы охотнее называют свою корриду греческим словом «тавромахия»...
Сегодня критские ритуальные действа ранней античности аукаются в молодецких забавах фестиваля Сан Фермин в испанской Памплоне, в краю басков. Эти бега быков теперь транслируются и по нашему ТВ. И вот вам наблюдение из собственного опыта: знаете, отчего стадо быков бросается бежать очертя голову? Да оттого, что заразный первобытный инстинкт взыграл в «человеке разумном»: отчаянные ребята бегут впереди, провоцируя быков.
...Учтя вышеизложенное, видеть в корриде просто потеху для «кровожадных» — легкомысленно. Остается ломать голову, какие пласты первобытной коллективной памяти оказались прорваны на Иберийском полуострове и на юге Франции, подобно тому, как земную кору прорывает вулканическая лава? Почему именно здесь, почему доныне, — кто это знает?..
Точно известно одно: тот вид, в котором мы ее знаем, коррида приобрела лишь в XVIII веке: собственно, из языческого ритуального действа превратилась в шоу. Своего рода обмирщение.
...Сезон корриды в Испании — с праздника Пасхи до ранней осени, после — гастроли в странах Латинской Америки. Наблюдения, и по ТВ, и вживе, позволили мне сделать вывод: бык ни на кого не нападает. Невзирая даже на то, что предварительно животное прогоняют по узкому, длинному, темному коридору, и, вырвавшись на внезапный ослепительный свет, на шум и гам, бык одуревает. Оставьте его в покое — будет стоять как вкопанный. Необходима лихая команда, пешая и конная, чтобы гонять быка по арене с воплями: «Торо, торо, гей, гей!», — и втыкать в бычий загривок раздражающие дротики-бандерильи. Этим хлопчикам, «бандерильерос», приходится пускаться в поистине акробатические трюки, уворачиваясь от разогнавшегося «торо», в котором весу от 480 кило: представьте, какая инерция. Вожак стада диких быков весит подчас и тонну.
Бык отнюдь не «кидается на тряпку». Тореро столько раз в течение боя беспечно поворачивается к животному спиной, будучи в пределах досягаемости, что бык мог бы наподдать под зад своему мучителю, а то и поднять на рога. Но бык этого не делает. Он — животное травоядное. Правда, пытаться наладить контакт с «торо браво» на лугу испанцы категорически не советуют.
У меня мысли возникали: а что бы этим парням со львами не сразиться? Делает же это в Африке племя голых масаев. Но... во-первых, эдак Красной книги не напасешься. Во-вторых — это будет не строго ритуальный смертный поединок, а краткое состязание, кто прытче. Так неужто всё-таки дело — в «коллективном бессознательном» и его первобытных символах? Бык в Испании — символ страсти. Всякой, любой, страсти. Сокрушительной, как сама Смерть. Вспомните: Смерть — непременный персонаж стихов Гарсиа Лорки, которого вы так любите. Она — неотразимо прекрасная и справедливая Дама Зари в одноименной романтической мелодраме Алехандро Касоны...
«Красная тряпка»? Не различает бык красок. Просто хореография корриды такова, что у животного прямо перед глазами постоянно возникает завеса: то розовый матадорский плащ «капоте», а то красная «мулета», вроде флага на распялке. Быку застят обзор, и чем же отбросить помеху, как не рогами. Со стороны это выглядит так: бык отирается вокруг бедер водящего мулетой тореро, словно кошка, которая трется о ваши ноги. Так водить быка — высший пилотаж. Пластичность, плавность и величавость движений — достоинства матадора. Тореро гибок, как кошка, и должен иметь идеальную координацию движений. Неточный поворот — и рог войдет в бедренную артерию. Такое кровотечение неостановимо.
От такой раны погиб в 1984 году звездный матадор Франсиско Ривера Перес по прозванию Пакирри. Кроме боевой славы, он снискал и бульварную: пару лет успел побыть мужем Примадонны испанской эстрады, певицы с цыганскими корнями Исавель Пантохи, отбившей Пакирри у законной жены. Пантоха, титулованная после гибели фаворита арены Испанской Вдовой, написала и посвятила Франсиско красивую песню «Мореход света» — «Marinero de luces».
Ну, уж коль мы попутно это зацепили... испанскую Примадонну конем не объедешь. Андалуска, севильянка, 1956 года рождения, для Испании — как Пугачева для СССР. Дочь певцов и музыкантов, вправду талантлива, типичный, взахлеб, вокал «андалус». Осенью 2013-го, помнится, забеременела юная приемная дочь Примадонны, удочеренная ею в Перу, — так сие событие стало поводом почти для всех испанских телевизионных каналов с утра до ночи излагать биографию Исавель Пантохи чуть ли не от седьмого колена. И той же роковой осенью Примадонна, что называется, влипла. Дело в том, что в последние годы состояла она в любовницах у Хулиана Муньоса, мэра андалусского приморского городка Марвейя, и мэру еще в 2006-м были инкриминированы «коррупсьон» и связь с «русской мафией», не абы как. В 2013-м добрались и до Пантохи: обвинили как соучастницу в отмывании денег и приговорили к двум годам лишения свободы и штрафу, но «отпустили на поруки» как ранее не судимую. А потом таки запроторили. Примерно год назад разрешили «полусвободный график», и даже с гастрольными поездками. Такая вот вышла показательная порка, с которой кормится «розовая» пресса (у нас «желтая», в Испании «розовая»). Мол, хоть ты и Примадонна, а чтоб неповадно было...
Ах, да: а «матадор» по-испански таки значит — «убийца»...
...На мадридскую Пласа де Торос тореадоров отбирают по строгому кастингу. Достать билет на корриду непросто: во-первых, баснословно дорого, во-вторых, абонементная система, всё разобрано фанатами. Нам выпали невостребованные абонементные места.
Коррида, как бы ни рыдали «зеленые», остается и семейным праздником. Народ берет с собой корзинки с питьем и закусью, пакеты семечек — в Испании обожают лузгать семечки, — и располагается, как на пикнике.
На моих глазах завалили шестерых быков. Да, я хладнокровно пыталась фотографировать — увы, тогда еще «мыльницей». Ныне фотографиями и видеозаписями полон Интернет, в том числе видеодокументами сенсационно-смертельных случаев. Бывает всякое. В 2011 году бык поддел матадора: рог вошел в подбородочную площадку и вышел через ноздри. Носоглотку герою по лоскуткам сшили микрохирурги. К моему приезду он шепотом говорил на телекамеры: он будет продолжать карьеру. В июле 2016 года в городе Теруэль 500-килограммовый бык убил тореадора Виктора Баррио: разрывом грудной аорты. Мне рассказывали также о матадоре, который лишился глаза — и, тем не менее, не покинул арены.
«Коктейль из гордости, страха и невероятного прилива адреналина, — откровенничает изданию «Catalog» сын легендарного Пакирри, Кайетано Ривера Ордонес. — Коррида — это не охота, а бык — не жертва. Это — поединок двух соперников. Я рассматриваю быка как сильного противника, который может мне достойно ответить. И всегда проявляю должное уважение к его силе и храбрости. Я считаю, что корриду нужно отдать в ведение министерства культуры: это — наше национальное достояние и, если хотите знать мое мнение, великое искусство, которое под силу не каждому».
Это смертельное шоу носит все признаки ритуала. Действо строго расписано, и не только по времени. Жестко закреплены мизансцены: куда и как направить каждого быка в каждый момент. Шесть быков, поочередно, на моих глазах, — и всякий раз рисунок передвижения по арене повторялся: вон туда, и не иначе. Правда, бык может повести себя непредсказуемо... но это уж — словно актерская импровизация в каркасе, заданном Виктюком. Упоминаются в прессе случаи вовсе скверные: когда животное перемахивало барьер и вламывалось в публику...
Насколько мучительна смерть животного? Смерть — вообще дело малоприятное. Я ничего не оправдываю, но пытаюсь понять. Тореро на «отлично» знает анатомию быка. Команда, вгоняющая в холку быка бандерильи, знает точки, дающие обильное кровотечение. Промахнешься — освищут. Это вроде иглоукалывания, только с летальным исходом. Была бы сильная боль — бык ревел бы. Он не ревет. Он обильно залит кровью, испытывает сильную жажду, далеко высовывает язык и постепенно ослабевает. Однако мощи в нем достаточно и для последнего рывка. Матадор должен нанести быстрый, верный решающий удар шпагой в позиции «лоб в лоб», пронеся оружие меж рогов животного и вонзив в спину так, чтобы клинок прошел меж ребер, достав до сердца. После — контрольный удар кинжалом. И траурная повозка, запряженная мулами с султанами на головах, уволакивает мертвого протагониста по песку. Чтобы пустить на мясо. Как правило, в пользу бедных либо на корм в зоопарки. Песок — разровняли, кровь больше не видна...
Продолжение следует
Тина Арсеньева. Фото автора