На открытии монумента присутствовали представители городских и областных властей, гости города. По традиции монумент открывали дети — гости праздника. Скульптура представляет собой бюст писателя в образе египетского сфинкса. Автор проекта памятника и всего Сада скульптур — Леонид Липтуга, скульптор — Олег Черноиванов.
Монумент К. Паустовскому стал 13-м памятником в Саду скульптур.
К открытию памятника К. Паустовскому, по традиции, была подготовлена праздничная программа, включавшая в себя театрализованное представление с участием других героев Сада скульптур, серию викторин, розыгрыши призов. Двор музея был украшен лозунгами-цитатами и крылатыми фразами из произведений К. Паустовского.
Директор Одесского литературного музея Татьяна Липтуга заявила, что монумент Константину Паустовскому в Саду скульптур Одесского литературного музея стал первым памятником этому писателю в Украине.
3 ответа
СФИНКС Владимир Рывкин (Одесса-Эрланген)
Но поздно. Тихо спит Одесса. Сфинкс из меди
Под Паустовского косит…
В саду скульптур его соседи
Бормочут: «Он не одессит…»
А сфинкс на то и намекает,
Что он не здешний, но крутой,
И одесситов окликает —
Из не былой Одессы той…
«За пушкинской строкой…» 2010
КОНСТАНТИН Владимир Рывкин (Одесса-Эрланген)
Но поздно. Тихо спит Одесса. Костя
Такую пишет про Одессу сласть…
Кто ожидать мог получить от гостя
Всё за неё, как говорится, в масть!?
На «Черноморской» домик у обрыва.
Одесса помнит и хранит добро
И красоту душевного порыва,
Что так легла в волшебное перо.
«За пушкинской строкой…» Владимир Рывкин,
Изд.»Оптимум»,Одесса,2008г.
«ОДЕССА В НАС И ЭТО — БЕСКОНЕЧНО!!!»
С УВАЖЕНИЕМ Владимир Рывкин из Эрлангена.
В САДУ СКУЛЬПТУР
Любуйтесь все застывшим силуэтом!
При жизни Паустовский мог мечтать,
Да, дни и ночи грезил он об этом:
«Мне после смерти только б сфинксом стать!
Когда меня проглотит злая крипта,
Когда Таруса спрячет под землёй,
Я фараоном Древнего Египта
Взлечу на пьедестал, не став золой!
Когда меня отравят воды Стикса
И сможет смерть у жизни отобрать,
Когда умру, прошу вас в виде сфинкса
В саду меня из бронзы изваять!»
В кругу семьи, бывало, без печали
Всех умоляет: «Если я умру,
Слепите образ мой на пьедестале
Вы в виде сфинкса или кенгуру!
Взойду на пьедестал, как на арену, –
И пусть умолкнут все мои слова!
И пусть скорей приходит мне на смену
Тутанхамон с повадкой злого льва!
Пусть лик мой изучают, но не в школах
(Судьба моя, конечно, не проста) –
Исследовать меня лишь египтолог
Обязан от когтей и до хвоста.
В саду литературного музея
Уже я не писатель – экспонат.
И чтоб сиял я здесь, как ахинея,
Деньжата дал какой-то меценат».
Кто, наплевав на свод этичных правил,
На эту глупость приобрёл права?
Кто образ Паустовского приставил
К чудовищному туловищу льва?
Идиотизма альфы и омеги
Восходят среди двух клавиатур.
Глаза б мои не видели вовеки
Подобных издевательских сульптур!
В саду скульптур одесского музея
Возник довольно странный истукан.
Куда же слепо смотрит, бронзовея,
На львиных лапах сидя, павиан?
Сидит он сфинксом бронзово-холодным.
Откуда этот высвистан мотив?
Кто сделал Паустовского животным,
В египетскую кошку превратив?
Кто присобачил уши эти или
Из клавишей рояля воротник?
И что тут к подбородку прикрепили,
У горла будто градусник возник?
Чья это голова у стати львиной?
Не скульптору ль она грозит бедой?
Шепнул мне кто-то: „Бородой козлиной
Трясёт создатель „Розы золотой”.
Что значат лапы с хищными когтями?
Перо держал писатель разве в них?
Ах, что за истукан тут перед нами?
Ну, разве это автор славных книг?
Кто и за что писателя обидел?
Животным, что ли, был прозаик наш?
Кто мастера пера возненавидел,
Египетский сварганив персонаж?
Уж миновало первое апреля.
И вряд ли мы тут что-нибудь поймём.
Ценители в Одессе озверели.
Давно они здесь выглядят зверьём.
Надо же: как не повезло, тринадцатой халтурой стал!