(Окончание. Начало в номере от 18 ноября).

НЕСМОТРЯ НА ВСЕ МЕРЫ, предписания и представления, самовольное рытье мин не только не прекратилось, но, напротив, всё набирало и набирало обороты. Нередко такие подземные хранилища служили для складирования краденых и контрабандных товаров, корчемного вина, а то и убежищем разного рода нелегалов. Многие из существующих подземелий были практически невозможно выявить до тех пор, пока на них не указывали сами домовладельцы, либо пока не происходило обрушение свода под улицей или соседними дворами. Что до городских архитекторов, то и они, как это видно из ряда хронологически разных архив»ных дел, не проявляли особого энтузиазма в поисках, занятые другими насущными делами.
Изучением подземных пустот по всевозможным поводам, в том числе по поводу поиска подземных вод, уже в 1810-е годы в Одессе занимались военные инженеры — путей сообщения и горные (Гаюи, Мастейн, Морозов, Завадовский и др.). Они-то в первую очередь и собирали информацию как о выработках в известняке и встречающихся там же естественных карстовых полостях, так и о рукотворных подземных кладовых одесских граждан. Информация эта оказалась остро востребованной в первой половине 1860-х, когда проекты прочного мощения города, устройства ливневых коллекторов и прокладки днестровского водовода становились всё более реальными.
В официальном реестре городских мин-хранилищ в это время зафиксировано 156 позиций (но только по числу домов, а не мин; на самом деле мин и отминков было в несколько раз больше, ибо в некоторых зданиях их могло быть по десятку!), которыми, разумеется, нимало не исчерпывается реальное число оных. При этом 91 из этих мин значится как более или менее прочные, поскольку выложены камнем. Следующие 54 подземелья числятся как выложенные камнем лишь частично, либо требующие ремонта. Наконец, еще 11 мин либо вообще лишены облицовки камнем, либо эта отделка неудовлетворительна.
Чтобы показанные выше цифры сделались более иллюстративными, разговорчивыми, перечислим некоторые из тех домов, при которых и обследованы подземные хранилища. Здание на Преображенской, принадлежавшее Ришельевскому лицею, где теперь научная библиотека университета, — пять мин и два отминка. Дом Крамарева, находившийся на месте «Пассажа», — две мины и четыре отминка. Дом Портнова, на углу Дерибасовской и Ришельевской, впоследствии перестроенный Ралли (где был магазин «Колбасы»), — четыре мины и два отминка. Дом Лучича на углу Александровского проспекта и Почтовой, впоследствии семинария, — две мины и три отминка. Мины наличествовали во всех крупнейших домостроениях той эпохи: Жюльена — Дерибасовская, № 19, Посилина — Дерибасовская, № 11, Синицына — Дерибасовская,
№ 31, Кумбари — Полицей»ская (Бунина, № 24) и т. д. В одном только доме Завадского на Александровском проспекте исследователи обнаружили 11 мин и 24 отминка — просто-таки подземная база!
Когда взамен прежних сточных канав стали устра